Светлый призрак украинской мечты



к 150-летию со дня рождения Леси Украинки

«Всё то, чего коснётся человек, / Приобретает нечто человечье», — писал Самуил Маршак. Всё то, чего коснётся необандеровская власть в Киеве, наоборот, приобретает нечто нечеловеческое. Даже жизнь и творчество Леси Украинки, урождённой Ларисы Петровны Косач (13 (25) февраля 1871 г. — 19 июля (1 августа) 1913 г.), которая уже «намертво» вписана в «пантеон» украинского национализма. И в её случае — это вполне оправданно, в отличие, например, от великих киевских князей Владимира Святого и Ярослава Мудрого, гетмана Войска Запорожского Богдана Хмельницкого, философа Григория Сковороды или, уж тем более, академика Владимира Вернадского, которые тоже фигурируют сегодня на «незалежных» денежных знаках.

Леся действительно была Украинкой — и, осмелюсь высказать своё личное мнение, за сто с лишним лет, прошедших с момента её смерти, ни один «пысьмэннык», т.е. украинский писатель, по своему эстетическому значению для мировой культуры с ней и рядом не стоял. Хотя многочисленные поклонники “Кобзаря” Тараса Шевченко и/или “Каменяра” Ивана Франка вряд ли с этим утверждением согласятся. Но если даже считать «по номиналу», Леся Украинка (банкнота 200 гривен) стоит двух Тарасов Шевченко (100 гривен) и десяти Иванов Франко (20 гривен). Это, так сказать, бухгалтерский факт, и неслучайная случайность.

В её творчестве сошлось всё: и блестящее образование, домашнее и классическое; и общий романтически-революционный (точнее, довоенный — имеется в виду Первая мировая война) период украинского «нациестроительства», и непрерывные личные страдания (с 10 лет болела тяжёлой формой костного туберкулёза). И, конечно же, несомненное литературное дарование, твёрдое и одновременно хрупкое, словно алмаз, огранённое в бриллиант указанными выше объективными обстоятельствами. В результате получился актуальный (а возможно — и принципиальный) максимум, которого объективно достигла литература на украинском языке (опять же, на мой личный взгляд — даже с учётом творчества Тараса Шевченко).

Не преувеличивая, можно сказать, что свой, исторически несколько запоздалый, романтизм Леся Украинка строила на примере высших образцов мировой литературы — разумеется, немецкой прежде всего (а где ещё был настолько значимый романтизм?), и собственную неизбывную боль искренне проецировала в боль «за Украину», как бы растворяла в этой кда более великой боли: везде на свете горе и насилие, но тяжелее всего — тебе, «мiй занепащений, нещасний краю!» И — как следствие — призыв не лить напрасные слёзы: «Что слёзы там, где даже крови мало?!»

Трагические обстоятельства жизни и ранняя смерть в неполные 43 года, тем не менее, «спасли» Лесю от необходимости определять свою позицию по отношению к Талергофу, к Центральной Раде, Директории и советской власти, а затем — и к агрессии Третьего рейха против СССР (а её родные младшие сестры Ольга и Исидора в годы Великой Отечественной войны активно работали в структурах УПА* — правда, не «бандеровской», а «мельниковской», хотя, в общем-то невелика разница) и покинули территорию УССР вместе с отступающими немецкими войсками).

Кровь, которую призывала Лариса Косач для «освобождения» родной Украины, саму поэтессу не запятнала ни малейшей капелькой. И ни одного слова, которое можно было бы поставить ей в вину — с любых общественно-политических позиций, она не написала и не произнесла. Поэтому её статус классика украинской литературы в советское время не оспаривался и не отрицался — трактуясь в духе национально-освободительного движения народов СССР, шедшем в русле общего революционного движения в Российской империи как «тюрьме народов». А произведения Леси Украинки входили в школьную программу украинской литературы, которая в обязательном порядке преподавалась на всей территории УССР, и в этом качестве стала неотъемлемой частью не только украинского, но и всего советского «культурного кода».

И её пример, пример её семьи, наглядно объясняет генезис такого феномена, как «украинство» в целом. Родители Леси Украинки были вполне «имперскими» людьми, разумеется — с местной спецификой. Её отец, Пётр Антонович Косач, как известно, дослужился в царской России до чина действительного статского советника и скончался в 1909 году в возрасте 67 лет. А мать, Ольга Петровна, урожденная Драгоманова, младшая сестра ещё одного видного деятеля украинского национального движения Михаила Драгоманова, была двуязычной писательницей (писала на русском и украинском языках под псевдонимом Елена Пчилка (Олена Пчiлка)), пережила четверых из своих шести детей, скончалась в советском Киеве в 1930 году на 82-м году жизни и была похоронена в «матери городов русских» на Байковом кладбище рядом со своей знаменитой дочерью…

От любви к «простому народу» — к социализму, затем — к «национально окрашенному» социализму, затем — к «чистому» национализму, и, наконец, на последнем «витке» — к национал-социализму. Этот путь можно пройти в течение одной человеческой жизни, а можно — за несколько поколений. Логика обстоятельств здесь в целом намного сильнее логики намерений. А обстоятельства эти сложились так, что Леся Украинка стала, до сих пор остаётся и будет оставаться самым светлым призраком полуязыческой «украинской мечты», схожим с образом Мавки (Русалки) из её “Лесной песни”, «чаривным» женским голосом перекликающейся с «Русалкой» Пушкина.

Её ли вина в том, как сейчас реализуется эта «украинская мечта»: под гарь, кровь и трупный смрад майданной «Цэевропы»?

* — деятельность организации с таким названием  запрещена на территории России.

Заставка: wikipedia

Перейти к рубрике КУЛЬТУРА



Если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях


Важно:
Все материалы представленные на данном сайте, предназначены исключительно для ознакомления. Все права на них принадлежат их авторам и/или их представителям в России. Если вы являетесь правообладателем какого-либо материала и не хотели бы, чтобы данная информация распространялась среди читателей сайта без вашего на то согласия, мы готовы оказать вам содействие, удалив соответствующие материалы или ссылки на них. Для этого необходимо, направить электронное письмо на почтовый ящик fond_rp@mail.ru с указанием ссылки на материал. В теме письма указать Претензия Правообладателя.