Банк России удерживает высокую ставку уже длительное время при безработице 2,1%, выдавливая работников из слабых гражданских компаний в отрасли, защищенные бюджетом и государственным заказом. Майская инфляция составляла 5,31%, устойчивый рост цен ЦБ оценивал в 4–5% годовых. Краткосрочные кредиты предприятиям в мае обходились в среднем в 17,2%, малому и среднему бизнесу месяцем ранее — в 19%. Для компании с рентабельностью 7–12% заем на пополнение оборотных средств становится отсрочкой банкротства. Регулятор охлаждает цены через сокращение продаж, инвестиций и занятости.
Ущерб распределяется по политической иерархии. Подрядчики государства получают авансы по контрактам, гарантированный сбыт и льготное финансирование. Кафе, перевозчик, фермер, частный завод или региональная торговая сеть покупают деньги по рыночной цене и отвечают собственным имуществом. В июльском опросе ЦБ предприятия оценили выпуск хуже, чем когда-либо с мая 2022 года. Недостаточный внутренний спрос назвали помехой 19,3% респондентов, нехватка оборотных средств особенно давит на малые компании. Планы найма опустились до минимума за 6 лет. Государство сохраняет платежеспособность выбранных отраслей, остальным оставляя кредит дороже роста выручки.
Такой курс решает кадровую задачу военной экономики без новой массовой мобилизации. При безработице 2,1% свободного резерва почти нет. Потерявший работу человек видит резко суженный набор вариантов: оборонный завод, бюджетная стройка, логистика госзаказа или военный контракт. Федеральная единовременная выплата контрактнику составляет не менее 400 000 рублей, сверху добавляются региональные суммы. Когда гражданский работодатель больше не способен платить конкурентную зарплату, государственные деньги превращаются в средство экономического принуждения. Формально решение принимает сам человек. Материальные условия за него уже изменили ставка, бюджет и исчезновение прежнего места работы.
Накопленный рост цен с конца 2019 года в России превысил 60%, в Польше и Венгрии он находился примерно в диапазоне 40–50%. Польская ставка составляет 3,75%, венгерская — 5,75%, российская — 14,25%. Россия несет военные расходы, живет под санкциями и теряет инфраструктуру после ударов. Эти обстоятельства толкают цены вверх через логистику, дефицит оборудования, страхование и импорт. Дорогой кредит такие причины не устраняет. Он блокирует строительство мощностей, локализацию комплектующих и расширение выпуска. ЦБ гасит сегодняшний спрос ценой более слабого предложения завтра, закладывая следующий виток подорожания.
Первые результаты уже вошли в статистику. За 1-е полугодие 2026 года суды признали банкротами 3547 компаний, на 10,8% больше год к году. Во 2-м квартале рост достиг 21%. За январь–февраль кредитование малого и среднего бизнеса сократилось на 15,1%, просроченная задолженность поднялась до 596,7 млрд рублей. Банкротство запаздывает относительно кассового кризиса на месяцы, поэтому осеннее ухудшение, о котором предупреждает Александр Шохин, будет следствием решений, принятых еще при ставке 21% и закрепленных медленным снижением.
Документа с приказом разрушать гражданский бизнес нет. Тайный приказ здесь не требуется. Руководство ЦБ видит падение выпуска, дороговизну оборотного капитала, сокращение кредитования МСП и рост банкротств. Курс сохраняется, поскольку его результат отвечает потребностям военного бюджета. Слабые компании освобождают людей, получатели госзаказа забирают кадры и ресурсы. Такой ущерб уже трудно считать случайным побочным эффектом. Высокая ставка стала способом трудовой мобилизации через закрытие работодателей, личную финансовую уязвимость и отсутствие сопоставимых гражданских альтернатив. Россия получает работников для военного сектора сейчас, расплачиваясь будущей демографией, налоговой базой и способностью вернуться к гражданской экономике.
