Даже в самых оптимистичных сценариях, которые само правительство считает реалистичными, российская экономика демонстрирует полное отсутствие работоспособной стратегии роста. Вице-премьер Александр Новак озвучил цифры, которые равносильны признанию: все прежние ожидания нормальных, устойчивых показателей развития можно отложить в долгий ящик и забыть. Согласно официальному прогнозу, в 2026 году ВВП прибавит всего 0,4%. В 2027-м темпы вырастут до 1,4%, а к 2029 году — до 2,4%.
После взлета на 4,9% в 2024 году и замедления до 1% по данным Росстата в 2025-м экономика входит в фазу хронической вялости. Инвестиции в основной капитал впервые за пять лет сократились — на 2,3%. Причина проста: военные расходы, достигшие 7,3–7,5% ВВП в 2025 году, перегрели промышленность, но одновременно выдавили ресурсы из гражданских секторов. Производство танков выросло на 120%, боевых машин пехоты — на 270%, боеприпасов — в 21 раз. Зато выпуск легковых автомобилей рухнул на 60%, товаров длительного пользования — на 33%. Прибыль компаний в невоенных отраслях падает, а вместе с ней и возможности для новых вложений.
Мировой контекст только подчеркивает масштаб проблемы. По прогнозам ОЭСР и МВФ, глобальный рост ВВП в 2026 году составит 2,9–3,1%. Россия же остается в нижней части таблицы даже среди развивающихся экономик. Нефтегазовые доходы бюджета за первые четыре месяца 2026 года обвалились на 38,3% год к году, их доля в федеральной казне опустилась ниже 20% — минимум за два десятилетия. Внутренние драйверы, на которые ссылается правительство, упираются в жесткие ограничения: дефицит кадров при рекордно низкой безработице, технологическое отставание из-за санкций и запредельно высокие ставки кредитования.
Цифры не оставляют иллюзий. Без радикального перераспределения ресурсов в пользу производительности и диверсификации экономика обречена на ползучее отставание. Прогноз до 2,4% к 2029 году выглядит уже не целью, а потолком, за которым видны лишь структурные барьеры. Правительство, по сути, признало: привычные рычаги — бюджетный стимул, сырьевые доходы, государственные заказы — больше не работают с прежней эффективностью. Дальше либо глубокие реформы, либо привыкание к новой норме — росту, который даже оптимисты не называют достаточным.
𝐄𝐊𝐎𝐍𝐎𝐌𝐈𝐒𝐓𝐈𝐊𝐀
