Кому мешает “Щелкунчик”. Одни отменяют, другие играют, хотя он и русский

223

GW: польские театры отказались от русской классики. “Щелкунчика” там танцуют украинцы

Польские оперные театры сняли со своих афиш “Щелкунчика” – ежегодный символ радостных праздников, пишет Gazeta Wyborcza. Причина – “отмена” русской культуры и солидарность с Украиной. Тем временем в Польше балет Петра Чайковского танцуют украинцы.
Анна С. Дембовская (Anna S. Dębowska)
В этом году “Щелкунчика” Петра Чайковского не привезут. Оперные театры сняли его со своих афиш из-за конфликта. Чайковский был русским, балетное искусство – одна из икон русской культуры, а она запрещена польской цензурой. “Щелкунчика” не будет.
Государственные и муниципальные театры отказываются от солидных доходов, которые Щелкунчик гарантировал им каждый год. Недостатка в зрителях никогда не было, наоборот, не хватало билетов, которые расходились мгновенно. Для многих зрителей поход в театр на музыкальную сказку о рождественских чудесах был семейной традицией – приближаются праздники, значит, идем на “Щелкунчика”. Причем это не обязательно были семьи с детьми, взрослые тоже с удовольствие наблюдали за этим представлением.
Почему? Говорит хореограф Роберт Бондара:
“При мысли о “Щелкунчике” у меня возникают исключительно теплые ассоциации, в первую очередь благодаря партитуре Чайковского. Она возвела балетную музыку в ранг высшего искусства. При этом он также проник в популярную культуру, он вездесущ, его можно услышать в рождественской рекламе. Все это становится достоянием широкой публики. Для молодежи именно это произведение связано с первым посещением оперного театра”.

Время “Дракулы” и “Дон Кихота”

Большой театр-Национальная опера лишила своих слушателей иллюзий еще в июне, сообщив, что вместо приключений Клары и принца, сражающихся под рождественской елкой с Мышиным Королем, они увидят “Дон Кихота” – красочный балет с малоизвестной музыкой Людвига Минкуса. Для чуть более старших зрителей театр возобновляет свой хит апреля этого года – спектакль “Дракула” с хореографией Кшиштофа Пастора с музыкой Войцеха Киляра.
Интернет взорвался жалобами и возмущенными комментариями – пользователям не понравилось, что театр лишает зрителей любимого развлечения. Они писали, что нельзя бороться со злом путем дискриминации. “Война войной, но нельзя уничтожать русскую культуру. Чайковский был вненациональным явлением”, – аргументировали комментаторы. “Так мы проявляем свою солидарность с Украиной”, – пояснила Национальная опера.
Такое же решение принял в октябре Большой театр в Познани. Познаньская Gazeta Wyborcza писала о недовольстве детей и родителей. “Щелкунчика” также отменила Быдгощ (Опера Новая) и Вроцлавская Опера, в репертуаре которой был спектакль, объединяющий Чайковского с Диккенсом (“Щелкунчик. Рождественская сказка”).
Официальной причиной этих решений, конечно же, является спецоперация, которую ведет Россия.
Но не всех это убеждает. Говорит Катажина Гардзина (Katarzyna Gardzina), балетный критик, ведущая блога:
“Я понимаю необходимость солидарности с украинским народом, я могу понять нынешнее отвращение некоторых людей ко всему русскому. Однако отказ от исполнения русской музыки, в том числе балетной, кажется мне слишком надуманным. Отказ от исполнения произведений современников, которым в Россию пойдут гонорары, я поддерживаю, отказ от произведений, прославляющих державность России, могу понять, но при чем тут Чайковский со своими балетами? Кроме того, два из них были созданы по мотивам немецких сказок, а “Спящая красавица” – по мотивам французской сказки”, – отмечает Гардзина.

Не играть жертв Сталина?

В марте этого года министр культуры Петр Глинский (Piotr Gliński) поддержал усилия своего украинского коллеги Александра Ткаченко, который призывал к бойкоту российской культуры, в частности к отмене концертов артистов, тесно связанных с кремлевским режимом. Министр Глинский тогда писал: “В связи с преступной войной на Украине мы настоятельно рекомендуем воздержаться от презентации произведений русской культуры и русских авторов”. Но решение он оставил за руководителями конкретных учреждений.
Этого было достаточно, чтобы русская музыка замолчала. Вторая программа польского радио изменила сетку вещания, Пасхальный фестиваль Людвига ван Бетховена переписал программу. Национальная филармония в Варшаве сняла с афиши все русские произведения. Национальная опера отменила премьеру “Бориса Годунова”. Отказались даже от музыки космополита Игоря Стравинского. В сети разгорелись баталии, мнения разделились. “Разве музыка виновата в том, что идет война? Значит, нельзя играть и Шостаковича с Прокофьевым, жертв сталинского режима?” – возмутился композитор Эдвард Селицкий (Edward Sielicki). Многие меломаны, однако, объясняли, что после событий в Буче и Бородянке у них пропало желание слушать Рахманинова или Чайковского.
Так было весной – решения гармонировали с тогдашними настроениями. А как сейчас? Министр Глинский предоставил принимать решение руководителям учреждений, но те не хотят рисковать.

Каков поп, таков и приход

Большой театр в Варшаве является национальным учреждением и полностью подчиняется Министерству культуры и национального наследия, Большой театр в Познани и Вроцлавская Опера совместно управляются этим же Министерством. Последней особенно страшно рисковать, поскольку она испытывает финансовые проблемы.
При этом постоянно нарушающая закон директриса Галина Олдаковская (Halina Ołdakowska) была бы последней, кто пошел бы против политики назначенного партией “Право и справедливость” (ПиС) министра или руководства Нижнесилезского воеводства, в котором также доминирует эта партия – до того, как заняться оперой, Олдаковская состояла в Наблюдательном совете государственного предприятия “Польская Авиационная Группа”.
Директора не столь крупных театров опасаются реакции местных органов власти не хотят подвергаться обвинениям в пропаганде русской культуры в ситуации, когда в Польше преобладают сильные антироссийские настроения.
Один из них говорит так:
“Учреждения культуры не являются свободными организациями, они зависят от своего организатора – местного руководства или министра – и в некотором смысле должны соответствовать его ожиданиям. Есть местные органы власти, которые пытаются задать тон или вектор деятельности подчиненных им учреждений”.
Например, конфликт в Люблинской филармонии. Сюзанна Дзедзиц (Zuzanna Dziedzic), и. о. директора этого учреждения, в последнюю минуту изменила программу сентябрьского концерта, открывающего новый музыкальный сезон. Она выкинула увертюру к “Летучему голландцу” Рихарда Вагнера и “Эпитафию” Кшиштофа Мейера, посвященную – опять же, по иронии судьбы – детям, погибшим на Украине. И заменила все это “чем-то более веселым”.
Позже она объяснила, что решение было принято по согласованию с членом правления Люблинского воеводства Бартоломеем Балабаном (Bartłomiej Bałaban) (“Программа инаугурационного концерта была изменена по просьбе организатора”). Этот воспитанник Люблинского католического университета и бывший журналист Польского телевидения тогда заявлял, что музыка Вагнера “слишком печальна” для начала нового сезона, но идеальна “для осеннего периода”, ближе к празднику Всех святых. Войцех Родек (Wojciech Rodek), который должен был дирижировать инаугурацией и предлагал инкриминируемые произведения, уже уволился из Люблинской филармонии.
Имеется также страх провокаций. Есть опасения, что, когда зазвучит русская музыка, у театра или филармонии будут устраиваться пикеты против России.

Что-то спасти

От русской музыки не отказалась полностью Национальная филармония в Варшаве. В середине ноября там был сыгран Третий фортепианный Концерт ре минор Сергея Рахманинова. Исполнителем был победитель прошедшего в 2015 году в Варшаве конкурса Шопена пианист Чо Сон Чжин.
Директор Филармонии Войцех Новак (Wojciech Nowak) обосновывает свое решение так:
“Мы понимаем, насколько это сложная материя, но на самом деле единственный способ выразить наш протест против агрессии на Украине – это максимально ограничить презентацию культуры России в наших программах. Однако мы сделали два исключения. Третий концерт Рахманинова был выбран выдающимся пианистом Евгением Кисиным, ярым противником Путина. По его мнению, отказ от российской музыки помогает Путину больше, чем Украине”, – объясняет директор.
Кисин отменил свое выступление из-за болезни.
Второй музыкант – это Григорий Соколов (концерт 27 ноября), который уже давно дистанцировался от России. Он имеет испанское гражданство. Польская публика его обожает.
“Он считает себя прежде всего европейцем в полном смысле этого слова, он высказал свое негативное отношение к спецоперации России на Украине. По этой причине мы, как и другие учреждения культуры, решили подтвердить приглашение, которое мы направили этому артисту еще задолго до начала спецоперации на Украине”, – говорит директор Новак.

Украинцы танцуют “Щелкунчика”

Но все это не значит, что “Щелкунчик” в этом году не появится на польских сценах – это касается только сцен государственных и местных учреждений культуры, которые решили не играть его силами своих коллективов. Другое дело частные танцевальные ансамбли – они пользуются конъюнктурой.
Итак, календарь выглядит так: балетная труппа под названием Ukrainian Classical Ballet выступает с “Щелкунчиком” в Зелена-Гуре (9 декабря), Royal Lviv Ballet в Гожуве-Велькопольском (18 декабря).
У Киевского национального балета (не путать с киевским Национальным театром оперы и балета Украины), который является официальным государственным учреждением культуры, декабрьский график очень насыщенный: Ольштын, Кельце, Рыбник, Новы-Тарг, Пулавы, Пила, Иновроцлав, Щешин, Люблин, Жешув, Ченстохова. В Белостоке все билеты проданы. То же самое в Познани.
Но вот в чем загвоздка: на рекламных плакатах в сети и на сайтах организаций, приглашающих Киевский национальный балет, тот появляется с логотипом Ukrainian Classical Ballet, частной танцевальной труппы Ивана Журавлева. Оказывается, концертное агентство Brussa рекламирует Ukrainian Classical Ballet как Киевский национальный балет.
Ukrainian Classical Ballet уже выступал в Польше в 2020 году, в частности, в Конгресс-центре Краков. После начала украинского конфликта к его составу присоединились многие безработные танцоры, чьи рабочие места были ликвидированы. Группа живет за счет показа в Европе классических балетов, чаще всего Петра Чайковского.
Это все частные компании, а не украинские государственные коллективы. Часто в такой труппе танцуют люди разных национальностей и с разным профессиональным опытом, зачастую приобретенным в России. Совесть зрителей организаторы усыпляют названиями ансамблей, внушающими публике, что там танцуют в основном украинцы. А коль скоро они не против исполнять русский репертуар, то пусть выступают. Зрители покупают билеты стоимостью минимум 100 злотых.
Однако случилось одно исключение: из-за военных действий были отменены польские выступления труппы, называющей себя Государственным театром оперы и балета Украины. Им руководил некий Константин Пинчук. В этом не было бы ничего удивительного, если бы не тот факт, что Пинчук ранее возглавлял танцевальную труппу под названием Большой русский классический балет.
Хореограф Роберт Бондара, руководитель балета Большого театра в Познани, считает, что частные лица используют официальный бойкот в своих интересах.
“Государственные и местные театры решили сделать символический жест, обусловленный моральной ответственностью. Образовалась лакуна, а ее заполнили антрепризные театры, которые периодически собираются и отправляются на гастроли. Они предлагают зрителям то же название исполняемого произведения, но качество этого предложения не может сравниться с предложением настоящего художественного театра”, – сетует он.
И добавляет, что необходимо публичное обсуждение директорами творческих организаций вопроса бойкота русской культуры, поскольку необходимо выработать какой-то компромисс, не отказываться сгоряча от своего репертуара. Ведь на скорое окончание конфликта рассчитывать не приходится.
Источник:  inosmi.ru
Заставка:  wikimedia
Если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях:
Материал из рубрики: