ИСПОВЕДНЫЙ ЛИСТОК

1300

Православие на земле Судогодской

 

 Исповедаю Тебе, Господи Иисусе Xpucme, Спасителю и Искупителю мой, гpexu моя не только словами, но и горькими слезами хотел бы, что очистило и омыло мою душу, примирило бы с Тобою как вечным Источником жизни и блаженства.

   Нет и не горит во мне живая и твёрдая вера, спасающая от видимых и невидимых бед. Колеблюсь часто душою. Тону в помыслах неверия и маловерия. Лукаво ищу виновников моих зол, глядя на окружающий мир, на его страшный дух времени. На самом деле виноват во всём сам, идя на поводу земных страстей даже с удовольствием. Без света веры и её небесных благ обитаю во тьме одних грехов. Гибну сам, не показывая веры, и служу соблазном для других, меньших братьев.

   Господи, прости и помилуй, «приложи мне веру» во спасение.

   Божия любовь к ближним и дальним падает и исчезает во мне. Ставлю их ни во что. Никакой жертвенности к ним нет. Знаю только себя, свои удовольствия во плоти. Если что делаю им, делаю неохотно, не из христианских побуждений, делаю больше по самолюбию и тщеславию, губящими мою душу. Смотрю больше, как относятся люди ко мне, а не как я к ним, в чём вся сущая болезнь моя. За вражду и ненависть ко мне не плачу добром и любовию, чему обязывает меня Святое Евангелие, не молюсь за своих врагов и недоброжелателей, как заповедано нам, дабы вразумились они и пришли в покаяние.

   Прости меня, Господи, смягчи моё сердце, черствое во грехах, научи любить всех без исключения, как я люблю самого себя, дабы эту любовь Ты отнёс к Себе.

   Грешу каждодневно и ежечасно и не сознаю, как я гублю себя. Грешу и не помню, не думаю, как страшно это зло разлучает меня с Богом света и жизни. Грехи мои бесчисленны и тяжки пред Правдой Божией. Даже когда наступает пост, это священное время для говения и воздержания, посылаемое нам свыше, не стремлюсь и тогда привести их на память, дабы устыдить себя, не стараюсь сложить их все до малейших согрешений в исповеди своей перед священником, Святым Евангелием, перед Тобою, Господи, невидимо предстоящим в ней. Не могу приостановиться, чтобы больше не грешить в заповедях Твоих, Христе мой, ни словом, ни помышлением и, конечно, самим делом.
   Ничто так не оскорбляет и не огорчает Всеблагого Бога и людей, близких нам, как наши вольные похождения и отрешения от Закона Правды и Истины, что смертельно ранят мою душу и не дают никакого покоя мне. Повинен абсолютно во всём, с чем соприкасаюсь, не каюсь, как должно, не сокрушаюсь душой соразмерно своим падениям, не отметаю от себя этот сущий сор для души, подавляющий её высокие стремления.

   Пощади меня, Господи, Боже мой. Даруй мне зрети моя прегрешения и силу на исправление в них.

   Спасение наше только в борьбе со злом, с самим диаволом как зачинщиком его, от чего я совсем далёк. Нет никакого воздержания как первого оружия против греха. Всегда борим – в большом и малом. Сам образую и создаю для себя яд, отравляющий мои силы. Если мне больно и стыдно за себя, то как же омерзительно моё зло для Чистейшего, Святейшего моего Господа, Его святых ангелов. Никак не владею собой, совершенно безразличен бываю к своей будущей участи. Казалось, в Церкви, в которой крестились, все имеем «яже к животу и благовестию», однако не пользуемся этими великими благами Бога, не верим в их спасительную силу.

   Прости меня, Господи, за праздность жизни, неделание Твоих живоносных заповедей вечности.

   Особо согрешаю своею вспыльчивостью и раздражительностью, что бывает от моей неисцельной гордости. Не терплю резкого и прямого для меня слова. Тотчас озлобляюсь. Отвечаю тем же: «око за око», вместо благого молчания и христианской кротости. Готов мстить бесконечно и всегда в сердце помнить сделанное мне зло, как оно однажды показалось. Из ничего, из пустого дела разгорается эта сатанинская вражда, которая может длиться днями, неделями и годами. И здесь я как тяжко согрешаю, что состою в ней и держусь ей в безумии.

   Прости меня, Господи, и помилуй.

   Не перечислить мне всех моих согрешений, идущих от юности. Это какая-то бесконечная цепь моих страшных падений перед вечной Правдой Бога, если взять всю свою жизнь. О добрых делах мне совсем трудно говорить, что оправдало бы и спасло меня. Их просто нет в том духе и смысле, как они заповеданы нам. Один звук только от них, и нет той силы, которая бы укрепляла в них мою душу. Но для святого Покаяния, открытого нам в Евангелии как единственного пути спасения, все грехи и согрешения, сколько бы их ни было, ничего не значат для его всеочищающей силы, способной убелить душу «паче снега». Не напрасно дается нам время и новый день из Божией благости и долготерпения, чтобы мы в корне изменились и начали высокую жизнь, никак не откладывая её, что ещё я не сознаю и чем совсем не дорожу.

Но покаяние начинается с молитвы дома, в келии и, особенно, в храме, где обитает Сам Бог. Она нужна везде. Требует искренности и умиления души. С ней нельзя порывать связь. Это чудо новой жизни души. Но меня одолевает в ней леность. Во внешней житейской части нет никакой устали, а в храме она приходит тотчас, с которой ухожу умом из него, да и чувства вскоре темнеют. Беда одна – нет страха Божия и благоговения к святыням. Не внимаю чтению и пению в доме Божием и, особенно, к проповеди чередного священника, благовествующего от лица Божия о моём спасении. С осуждением, во все глаза, смотрю за людьми и не вижу себя.

   Ни о какой сыновней и благодарной любви к Тебе, Господу, здесь не приходится мне говорить. Душа мертва. Тело царствует в страстях жизни. Ничего не могу сказать иного, как только: «Господи, прости и помилуй, помоги спастись от этих зол!»

   Как страшно извратил мою душу грех и очернил моё тело. Не то говорю, что должно, не то слушаю, что полезно, не так взираю на лица людей, как подобает по Закону Божию. Сколько пустого и бесполезного вижу в словах и делах. Всем развлекаюсь, как глупое дитя. Не стремлюсь постигнуть самое главное – свет и истину своего бытия, своего назначения. Временная жизнь для меня дороже и краше вечной. Не ужасает меня совсем смерть и тление, не страшит никак переход в другой мир, куда ушли мои сродники, не содрогаюсь последним днём мира и пришествием Господа, Его праведным Судом над жизнью каждого человека. Не страшно ли моё гибельное состояние, которого я не чувствую?!   

«Не достоин я просить себе прощения, Господи!» – восклицал некогда о себе великий учитель покаяния преподобный Ефрем Сирин. «Но как удержать нападение греха?» – спрашивал святой Василий Великий у этого большого Пустынника. Тот отвечал: «Одними слезами».

   Приими, Человеколюбче, Господи мое слабое и неполное покаяние, да с миром души приступаю к Твоим Святым и Животворящим Тайнам, во оставление моих грехов и в наследие жизни вечной. Аминь.

Архиепископ Евлогий

Заставка: соцсети

Если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях:
Материал из рубрики: