Рахмон Набиев — последний защитник СССР…



История одного заговора
Алексей Чичкин
 По результатам первых в истории Таджикистана всенародных выборов президента 24 ноября 1991 г. убедительную победу, получив почти 60% голосов, одержал Рахмон Набиевич Набиев (5 октября 1930 г. — 11 апреля 1993 г.), бывший первый секретарь компартии республики. Он активно выступал за сохранение СССР. И за то, чтобы Душанбе, таджикистанская столица, стала временной столицей СССР. Но — не случилось…

Уже в декабре 1991-го в Таджикистане была спровоцирована гражданская война, сопровождавшаяся террором антинабиевской оппозиции против коммунистов, как и против местного русского и русскоязычного населения, составлявшего на рубеже 1980-х — 1990-х гг. не менее 10% населения республики. (Теперь этот показатель не превышает 1%.) Сам же Набиев, утверждают его близкие, а также ряд других источников, был убит в своем доме в Худжанте (бывший Ленинабад). Официально было объявлено о «скоропостижной кончине Набиева». Хотя, по словам его вдовы Майрам Саидуллаевны (1937 — 2017 гг.), на его теле были обнаружены кровоподтёки и другие следы насильственной смерти. «Но в медицинском заключении это не было отражено». Понятно, что уход из жизни Набиева был кому-то выгоден, и скорее всего — не кому-то одному.

Набиев с 1987 г. постоянно критиковал политику горбачевцев, называя её «всё более разрушительной в отношении государства, партии, межнационального единства».

Позже, в 1990-1991-х гг., он говорил: «В Москве под давлением США и Пакистана предали коммунистическое руководство Афганистана, что приведет к превращению Афганистана в плацдарм постоянного вмешательства США и их союзников во внутренние дела Средней Азии». Его слова стали провидческими. Характеризует Набиева и тот факт, что 19 августа 1991 г. он поддержал ГКЧП, а уже 20 августа, убедившись, что «комитет» создан для ускорения развала СССР и КПСС, заявил о разрыве с «этим провокационным спектаклем».

Вообще это был удивительный человек. Он, скажем, наряду с таджикским языком свободно владел русским, узбекским, фарси, дари. Хорошо знал русскую, персидскую, узбекскую, афганскую литературу, в свободное время занимался литературными переводами. И это притом, что родился Набиев в простой крестьянской семье.

Осенью 1941 г. Рахмон записался добровольцем в Красную Армию, но из-за малолетнего возраста не фронт его не пустили. В 1946-м поступил в Ленинабадский сельскохозяйственный техникум, который окончил с отличием. Продолжил учёбу в Ташкентском институте инженеров ирригации и механизации сельского хозяйства. По окончании его в 1954 г. работал главным инженером межколхозных МТС, и эти машинно-тракторные станции многие годы были победителями в социалистическом соревновании.

Его партийная биография началась в 1961-м, когда он вступил в компартию Таджикистана. Вскоре Набиев стал заведующим сельхозотдела ЦК КП республики. В 1965 — 1970 гг. Р.Н. Набиев — инспектор Среднеазиатского бюро ЦК КПСС, в 1971—1973 гг. — министр сельского хозяйства Таджикской ССР. В 1973—1981 гг. Набиев был председателем Совета министров республики, а в 1982-м его назначили первым секретарем ЦК компартии Таджикистана.

Он инициировал создание в республике в 1960-х — 1970-х гг. ряда предприятий по переработке хлопка, плодоовощей, развитие рыбопереработки (на базе местных ресурсов), расширение сети учебных заведений текстильного и сельхозпрофиля. По его инициативе были расширены прежние и налажены новые прямые связи со многими предприятиями РСФСР и Украины. Только один пример из тех лет: Пикалевский завод (Ленинградская область) по производству глинозёма стал основным поставщиком для алюминиевого комплекса в г. Турсунзаде и оставался таковым вплоть до середины 1990-х.

При Набиеве в республике увеличивалось число школ с преподаванием на русском языке, все больше книг издавалось на таджикском с переводом на русский.

Как отмечает таджикистанский историк и публицист Нурали Давлотов, «Набиев, будучи руководителем советского Таджикистана, активно защищал интересы республики перед Кремлем. Благодаря ему, в частности, был утвержден и вскоре реализован новый генплан Душанбе, началось строительство Рогунской ГЭС (крупнейшей в регионе), многих промышленных предприятий, а также жилья, других социальных объектов. Поэтому авторитет Набиева в народе был очень высок». Но в мае 1985 г. Р.Н. Набиев под явно надуманным предлогом был смещен с поста главы республиканской компартии

По воспоминаниям дочери Набиева, Мунаввары, «до Горбачева отца очень уважали в Москве. Горбачев сказал, что для руководства Таджикистаном подготовлены 70 высококвалифицированных руководителей, которых папа должен был назначить на важные государственные должности. На что он ответил Горбачеву, что зачем нам ваши 70 специалистов из других республик, если у нас есть свои, которые лучше знают Таджикистан? Горбачев настаивал, но папа был против». Эта позиция Набиева тоже могла стать поводом для отставки…

А Набиева понизили так, что, как говорится, трудно придумать: до августа 1991 г. он был председателем президиума Центрального совета Общества охраны природы Таджикской ССР… Но когда 9 сентября 1991 г. Таджикистан объявил о своей независимости, Набиева избрали главой таджикистанского парламента (Маджли́си Оли́). Причем, в отличие от большинства других союзных республик местная компартия в августе — сентябре 1991 г. не была распущена, и её с октября 1991-го вновь возглавил Набиев. В тот же период он активно выступал за сохранение СССР и, согласно американским источникам, предлагал Душанбе в качестве временной столицы СССР. Но поезд уже ушёл…

Тем временем 24 ноября 1991 г. в стране состоялись первые всенародные выборы президента Таджикистана. Рахмон Набиев был выдвинут большинством депутатов парламента в качестве кандидата от компартии. Главные его лозунги в предвыборной кампании: союзнические отношения с Россией, Узбекистаном, Казахстаном, Украиной, Киргизией и Белоруссией; реализация итогов референдума (март 1991 г.) за сохранение СССР, но с конфедеративным устройством; сохранение всех социальных льгот советского периода; сдерживание разгосударствления экономики и социальной сферы, роста цен и тарифов.

Набиев победил, получив, как отмечалось в начале, почти 60% голосов, при этом главный оппозиционер и его соперник Давлат Худоназаров — 30%. И 21 декабря 1991 г. в Алма-Ате глава Таджикистана вместе с главами других уже суверенных республик подписал Декларацию о создании Содружества Независимых Государств.

15 мая 1992 г. Набиев первым подписал в Ташкенте Договор стран СНГ «О коллективной безопасности» (ДКБ). Одновременно Набиев настоял, чтобы в стране сохранялась 201-я российская военная база, действующая до сих пор.

«Пророссийская позиция Рахмона Набиева, а также его видение Таджикистана исключительно как светского государства нашли поддержку в руководящих кругах России, Узбекистана и Казахстана», – отмечает Н. Давлотов.

В конце ноября 1991 г. Набиев был провозглашен главкомом национальных вооруженных сил, получив звание генерал-полковника. Но уже в ноябре — декабре 1991-го в стране стали множиться горячие точки, а с февраля 1992 г. гражданская война в сочетании с антирусскими эксцессами охватила почти всю страну. При активном финансовом и пропагандистском участии иноагентов, а также радикальных исламистов. Милиция, КГБ и войска постепенно переходили на сторону оппозиции. В результате Набиев в середине мая 1992 г. согласился на формирование коалиционного правительства. Но оппозиционеры задались целью сместить Набиева, что им вскоре удалось.

В июле 1992 г. Набиев был предупреждён КГБ об объявленной оппозицией охоте на него. Вероятно, это были ложные сведения, и их использовали для того, чтобы изолировать Набиева и его коллег от политической деятельности. Он укрылся с семьей в расположении российской военной базы в Душанбе, а 7 сентября подал в отставку. Возникает вопрос: почему СНГ не оказал ему никакой помощи для пресечения беспорядков в стране? И второе, Почему не был задействован подписанный в мае того же года Договор о коллективной безопасности (Армения, Казахстан, Киргизия, Россия, Таджикистан и Узбекистан)?

Такое бездействие, если не сказать предательство, было допущено потому, что настроенность Набиева на сохранение СССР даже в конфедеративном варианте не устраивала никого из лидеров стран-участниц СНГ и ДКБ. Во-первых, к тому времени слишком далеко зашли центробежные процессы в бывшем Союзе, во-вторых, национальные элиты спешно укрепляли свою суверенную власть. Публично же указать Набиеву на его просоветскую политику и идеологию было для глав новых государств, что называется, не с руки. Потому и пустили союзники ситуацию в Таджикистане не просто на самотёк, а с прицелом на отстранение Р.Н. Набиева от руководящих должностей.

На действия союзников, по крайней мере Узбекистана, похоже, повлиял и отказ Набиева передать Узбекистану Северный Таджикистан, то есть Ленинабадскую область, что предлагал весной 1992 г. глава Узбекистана Ислам Каримов.

Например, по данным агентства The Asia Times (Казахстан, 4 мая с.г.), «ташкентские эмиссары передали Набиеву слова Каримова, что если Ленинабадская область отойдет к Узбекистану, то он поможет законным таджикским властям. Набиев отказался.

По словам дочери Набиева Мунаввары, она присутствовала при этом разговоре — он состоялся в доме президента Таджикистана».

А о последовавшем вскоре перевороте в Таджикистане есть свидетельства вдовы Рахмона Набиева Майрам: «7 сентября 1992 года Рахмон Набиев должен был вылететь в Худжанд на сессию Верховного Совета республики. Так как тогда были проблемы с горючим, было решено лететь вместе президенту и всем депутатам. Когда мой супруг добрался до аэропорта, навстречу ему вышла оператор зала вылета. Она сказала, что все депутаты собрались и уехали. А через несколько минут аэропорт вместе с моим мужем был захвачен боевиками оппозиции, вынудившими его под угрозой расправы подписать заявление об отставке (оно заранее было ими заготовлено). На той же сессии он формально был отстранен от президентства». Но вскоре Набиев объявил, что выступит на сессии с подробным описанием технологии переворота. Однако «к нему вышел охранник Мирзо Олимов и сказал, что все улицы перекрыты, якобы, людьми из Узбекистана, и они не дадут проехать».

Скорее всего, случившееся в Таджикистане в 1992-м было организовано не без участия США.

Вот информация Майрам Саидуллаевны: «В апреле 1992 г. в Таджикистан приехал представитель США. На встрече с Рахмоном Набиевым американский дипломат сообщил, что правительство США готово оказать Таджикистану гуманитарную помощь. Но после встречи с Набиевым, с американским дипломатом встречался премьер Абдумалик Абдулладжанов, который попросил американцев оказать помощь деньгами. Неофициальным расследованием судьбы «помощи» США занялся генеральный прокурор Нурулло Хувайдуллоев. За день до своей смерти он был у нас».

И что было дальше? «Он сказал, что завтра даст санкцию на арест Абдулладжанова. Но завтра утром генпрокурор был убит». Стало быть, резиденции Набиева прослушивались.

После отставки Рахмон Набиев находился под домашним арестом в Худжанде, там и был похоронен. Были организованы государственные похороны. Похоронную комиссию возглавлял Абдулладжанов (с июня 1993 г. в отставке, в 1994 г. – посол в РФ, с середины 2010-х проживает в США)…

Использованные источники:

C.E. Bosworth, «The New Islamic Dynasties», USA, Columbia University Press, 1996;

E. A. Allworth, «Central Asia: A Historical Overview», USA, Duke University Press, 1994

Источник: «Столетие»
Заставка:  wikipedia

Перейти к рубрике ИСТОРИЯ



Если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях


Важно:
Все материалы представленные на данном сайте, предназначены исключительно для ознакомления. Все права на них принадлежат их авторам и/или их представителям в России. Если вы являетесь правообладателем какого-либо материала и не хотели бы, чтобы данная информация распространялась среди читателей сайта без вашего на то согласия, мы готовы оказать вам содействие, удалив соответствующие материалы или ссылки на них. Для этого необходимо, направить электронное письмо на почтовый ящик fond_rp@mail.ru с указанием ссылки на материал. В теме письма указать Претензия Правообладателя.