Огнем и молитвой



О священниках, прошедших горнило Великой Отечественной, рассказывает новая выставка
Николай Черкашин
 

12 октября состоялось торжественное открытие выставки «С верой к Победе. Русская православная церковь в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» посвященной 75-летию Победы. Экспозиция размещена в музейно-выставочном образовательном комплексе «Наука, техника, искусство» Московской финансово-юридической академии. Стенды, фотографии, скульптуры рассказывают о потаенной стороне Великой Отечественной войны, которая более полувека находилась под спудом.

О ней не принято было говорить в советские времена, да и сейчас эту тему не больно жалуют, за исключением разве что православных телеканалов и журналов. Речь идет об участии Русской православной церкви в великой всенародной битве против фашистских захватчиков, о клириках с боевым прошлым, с фронтовыми заслугами.

Об этом и повествует выставка, организованная силами Фонда «Общество памяти воинов Русского экспедиционного корпуса (1916 –1918)» по инициативе Юго-Западного викариатства Москвы. И обращена она в первую очередь к молодежи.

Священники на поле брани в русской армии были всегда, начиная с монахов Осляби и Пересвета, если не раньше. А вот в сражениях Великой Отечественной войны их официально не было. Однако они были. Но не в рясах и клобуках, а в гимнастерках, пилотках, касках. Священниками они были в душе, по призванию, в миру же числились рядовыми, сержантами, лейтенантами. Лишь после Победы, сняв погоны, они пришли в духовные семинарии… И это была особая когорта священников.

В немецкой армии были штатные военные священники – капелланы, пасторы… И на пряжках солдат вермахта было выбито самонадеянное: «С нами Бог». Но Бог оказался не с ними, а с «безбожной» Красной армией. Но такой ли уж она была безбожной? Фронтовики говорили: «в окопах атеистов не бывает».

И дело даже не в том, что в ком-то из бойцов вдруг просыпался страх Божий перед лицом смерти. Важнее всего то, что среди них были воины, которые несли в себе благодать выстраданной веры, несли в себе будущее пастырское священство. И это была скрытая духовная сила нашего воинства. Да, в атаку порой шли с криками «За Сталина!». Да, комиссары по-своему укрепляли боевой дух солдат, стремление к победе. А мой отец, гвардии старший лейтенант Андрей Черкашин, поднимая свою роту под Смоленском и Витебском, кричал запомнившиеся ему после фильма «Александр Невский» слова: «Вперед, за землю Русскую!». И это был не просто клич святого князя, это были слова, подкрепленные кровью и верой. И они тоже были приняты на вооружение Рабоче-Крестьянской Красной армией.

Именно в годы той войны возникло новое поколение российского священства, небывалое, единое и единственное в своем роде.

Все эти бойцы, которые со временем стали священниками, иерархами и даже патриархами Русской православной церкви, прошли сквозь жесточайшие горнила сначала беспощадных церковных гонений, а затем через кровопролитнейшие бои, как сержант-сталинградец Павлов, известный церковному миру как архимандрит Кирилл.

Выбрать путь и судьбу священника в стране, где тебя как только ни обзывают, где глумливо интересуются «почем опиум для народа?»; где взрывают храмы, с колоколен сбрасывают колокола, с икон обдирают оклады; где по любому надуманному поводу тебя могут бросить в лагерь, наконец, расстрелять, как члена «церковно-монархической банды» – это уже подвиг. Но эти рукоположенные фронтовики отважно несли свой крест. И на их рясах, рядом с наперсным крестом, сияли боевые ордена и медали. И когда годы хрущевских гонений в Псково-Печерскую обитель пришли партийные эмиссары, чтобы объявить о закрытии монастыря, навстречу им вышел наместник архимандрит Алипий, в миру Иван Михайлович Воронов. Рядовой Воронов прошёл боевой путь от Москвы до Берлина. Прошел в должности стрелка-автоматчика стрелковой роты 16-й гвардейской механизированной бригады в составе 4-й танковой армии. Хорошо известно, что сказал им наместник: «У меня тут все насельники – бывшие фронтовики, солдаты и офицеры. Займем круговую оборону и отстоим обитель!». Сказано это было с такой убедительностью, что «борцы с мракобесием» убрались восвояси ни с чем. А Псково-Печерская обитель как стояла, так стоит и поныне.

Со стендов выставки и студенты, и их преподаватели узнают немало ошеломляющих исторических фактов.

Будущий Патриарх всея Руси Пимен (Извеков) был заместителем командира стрелковой роты. Диакон Костромского кафедрального собора Борис Васильев, после войны ставший протоиереем, командовал разведывательным взводом и дослужился до заместителя командира полковой разведки.

Митрополит Калининский и Кашинский Алексей (Коноплев), был награжден медалью «За боевые заслуги» – за то, что, несмотря на тяжелое ранение, не оставил свой пулемет и косил врага, истекая кровью.

Воевали священники и по ту сторону фронта, в тылу врага. Так, протоиерей Александр Романушко, настоятель церкви села Мало-Плотницкое Логишинского района Пинской области, вместе с двумя сыновьями ушел в партизанский отряд, не раз участвовал в боевых операциях, ходил в разведку и был награжден медалью «Партизан Отечественной войны» I степени. В одной только Полесской епархии более половины священников было расстреляно за сотрудничество с партизанами… Отца Василия (Капычко) называли «партизанский поп», в одном из белорусских партизанских отрядов он исповедовал и причащал тяжелораненых, отпевал погибших. Немало священников укрывало выходивших из окружения красноармейцев, бежавших из плена. В Курской области сельский батюшка скрывал у себя летчиков, совершивших побег из плена.

Особой заботой православного священства было попечение о больных и раненых в госпиталях. При храмах находили убежище старики и дети, оставшиеся без крова.

В самые трудные для нашей армии первые два года войны, когда во время отступления порой невозможно было вывезти из окруженных дивизий раненых, их, оставленных на произвол судьбы, прихожане сельских церквей разбирали по домам, лечили местными снадобьями и выхаживали, как могли. Разве это не вклад в великую Победу?

Будущий Патриарх всея Руси, митрополит Ленинградский Алексий (Симанский), не покинул город на Неве, и всю страшную блокаду провел вместе со своей паствой: ободрял, утешал, проповедовал, причащал и служил зачастую один, без диакона. Как нужны были его слова людям, обреченным на мучительное выживание, как важен был для них свет веры, который не угашал великий исповедник. После снятия блокады владыка Алексий вместе с группой православных священнослужителей был отмечен боевой наградой – медалью «За оборону Ленинграда».

В тяжелейшую зиму 1942 года митрополит Сергий призвал верующих жертвовать средства на сооружение танковой колонны имени благоверного великого князя, святого воина Димитрия Донского. На его призыв откликнулись тысячи православных, которые передали в фонд Димитрия Донского свыше восьми миллионов рублей.

На эти средства были построены сорок танков Т-34. Митрополит Николай (Ярушевич) передал эту колонну танкистам Красной армии. Танки с именем Дмитрия Донского на башнях участвовали в составе 516-го танкового полка в освобождении Украины, Белоруссии, Молдавии, Польши, дошли до Берлина.

Через пригородное село под Петербургом Старо-Паново все годы ленинградской блокады проходила линия фронта. На этом небольшом участке погибли в общей сложности две дивизии – одна советская, другая немецкая. Бои шли и на кладбище, где стояла церковь святых Адриана и Натальи. От храма остался только остов. В недавние годы храм восстановили. Причем деньги на реставрацию собирали не только наши ветераны, но и ветераны немецкой дивизии, поскольку все солдатские кости на старо-пановской земле лежат вперемешку. Молодой священник отец Антоний создал нечто вроде музея в сенях храма: остатки оружия, каски, фотографии… Сотни фотографий, присланные родственниками погибших. И хотя церковь стоит на месте великой трагедии, ее тоже можно назвать храмом Победы, поскольку и на этом, старопановском поле была одержана русская виктория, и с этого поля враг был изгнан и даже просветлен. Ведь деньги на храм присылали и те, кто пытался одолеть нашу силу.

Да разве назовешь в небольшой заметке все славные имена? Им на просторных стендах места не всем хватило…

Открывая выставку, проректор МФЮА-МАСИ Светлана Забелина выступила с проникновенной речью о роли веры в трудные годы войны, о вкладе Русской православной церкви в приближение Великой Победы.

Управляющий Юго-Западным викариатством города Москвы, наместник Андреевского монастыря, епископ Дмитровский Феофилакт был знаком со многими героями выставки. Он поведал о выдающемся хирурге Красной армии, архиепископе Луке (Войно-Ясенецком), о его преданном служении Богу и людям. В годы войны он спас тысячи жизней своими уникальными операциями и научными трудами по лечению ран.

Председатель Фонда «Общество памяти воинов Русского экспедиционного корпуса (1916–1918)» Елена Юрина, один из главных организаторов выставки, рассказала о том воодушевлении, с каким создавалась эта необычная экспозиция: «Подготовить эту выставку – духовная радость для нас. В год памяти и славы хотелось почтить тех, чьи фотографии не всегда несут на шествии «Бессмертного полка».

Руководитель научно-просветительских и культурных программ Фонда исторической перспективы Елена Рудая подчеркнула, что Русская православная церковь на протяжении веков играла большую роль в становлении, развитии и укреплении нашего государства. Именно поэтому, когда возникла смертельная опасность для нашего государства в 1941 году, Церковь первой призвала народ на священную войну с захватчиками, несла все тяготы войны со своей паствой и всячески укрепляла дух своего народа.

Подлинным украшением экспозиции явились скульптуры заслуженного художника России Елены Безбородовой. Бронзовая фигура архимандрита Кирилла стала тематическим и визуальным центром выставки. Как живой стоит святитель Лука, держа перед собой в молитвенном жесте ладони столь искусно врачующих рук…

«Архангел Михаил Воевода» – поражает совершенно необычной трактовкой библейского образа: нимб над его головой подобен боевому луку, с тетивы которого только что сорвалась карающая стрела, а крест в его деснице напоминает разящее копье Святого Георгия… Подолгу задерживаются люди у замечательной композиции «И превратились в белых журавлей»: бойцы с винтовками наперевес бегут в атаку; и вот один из них покинул цепь, душа его возносится в небо в виде журавля, штык винтовки на наших глазах превращается в клюв, одним крылом птица еще касается земли, другим взмывает в небо… Есть ли еще более поэтичный и трагический образ солдатской судьбы?

Экспозиция весьма органично дополнена рисунками талантливых детей и школьников, на которых отображено их понимание подвига героев во время Великой Отечественной войны. Некоторые из них удивляют глубиной своего совсем недетского понимания сути событий.

Остается сожалеть, что подобная выставка весьма локальна и находится в закрытом учреждении. По идее она вполне могла бы быть выездной и перемещаться по всей Москве, радуя, просвещая и вдохновляя зрителей всех поколений.

Специально для «Столетия»
Источник:  stoletie.ru

Перейти к рубрике РЕЛИГИЯ


Уважаемые посетители сайта! Настоятельно просим не употреблять брань в комментариях.
Комментарии модерируются. Пишите корректно.
А если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях


Важно:
Все материалы представленные на данном сайте, предназначены исключительно для ознакомления. Все права на них принадлежат их авторам и/или их представителям в России. Если вы являетесь правообладателем какого-либо материала и не хотели бы, чтобы данная информация распространялась среди читателей сайта без вашего на то согласия, мы готовы оказать вам содействие, удалив соответствующие материалы или ссылки на них. Для этого необходимо, направить электронное письмо на почтовый ящик fond_rp@mail.ru с указанием ссылки на материал. В теме письма указать Претензия Правообладателя.