О валюте БРИКС

152

КУРС

В газете «Известия» опубликована колонка вице-спикера ГосДумы «Рабочие деньги: зачем создавать расчетную валюту БРИКС и чем она будет схожа с экю»:

На днях Посол России в Южноафриканской Республике Илья Рогачев на встрече с послом ОАЭ Махашем Саид Аль Хамели в Претории представил банкноту в 100 БРИКС.

Но по факту решение о том, будет ли запущена такая валюта, и по каким именно принципам она будет функционировать, не закреплено ни в одном документе.
Словосочетания «валюта БРИКС», «общая валюта БРИКС», «расчетная валюта БРИКС» употребляются через запятую и вроде как синонимы.

Это приводит к совершенной каше и в аргументации необходимости ее запуска, и в понимании, что это такое.

Безраздельное господство доллара и всей финансовой системы, построенной на нем — это фундамент многолетнего доминирования США.

Без него страна превращаются просто в очень крупное государство, причем уже и не самое экономически значимое в мире.
Прекращение монополии доллара — это и остановка сбора финансовой ренты со всего мира.

При этом доллары сами по себе нельзя есть, ими нельзя топить, на них нельзя ездить. Сейчас происходит трансформация мирового экономического порядка и решающими становятся конкретные материально-вещественные параметры, товары, услуги.

Сейчас доля США в мировом промышленном производстве не превышает 10%. При этом общая доля БРИКС — не менее 45%.

95% мирового долларового оборота — это финансовый сектор. Причем львиную долю в самом финсекторе составляют деривативы — спекулятивный инструмент для извлечения дополнительной прибыли.

Напомню, мировой ВВП — это $105 трлн, а мировое промпроизводство — чуть больше $40 трлн. При этом мировой объем деривативов — свыше $2 квадриллионов!

Соответственно, странам БРИКС нет никакой надобности «замещать доллар» во всех его ипостасях. В новой расчетной единице нужно выразить промпроизводство, сельское хозяйство, связь, транспорт и иные реальные услуги.

Причем не весь объем, а только тот, который участвует в международной торговле. А это не самая большая часть всех операций. Например, у Китая внешнеторговый оборот занимает лишь 17% ВВП, у России – 25%.

Таким образом, речь идет не о единой валюте БРИКС. Она бы предполагала, что есть единый эмиссионный центр. Это бы означало совершенно иную политическую реальность — объединенную власть во всех странах региона. Это представить сложно.

Но речь должна идти о создании расчетной межгосударственной единице БРИКС. В предлагаемой системе каждая страна сохраняет свою валюту и свой суверенный эмиссионный центр, но соглашается для обеспечения бесперебойного и низкозатратного межгосударственного экономического оборота использовать для расчетов определенную совокупность правил, формул и механизмов, которые в совокупности и называются «расчетной валютой БРИКС».

Используя механизм «расчетной валюты БРИКС» наши страны наконец-то прекратят платить ренту, а по сути — дань США.

Новая расчетная единица во многом схожа по своим функциям с ЭКЮ — валютой, которая использовалась в ЕЭС и ЕС в 1979—1998 годах. 1 января 1999 года ЭКЮ было заменено на евро по курсу 1:1.

Соотношение ЭКЮ с валютами других стран определялось исходя из того, что оно служило обобщённым представителем корзины денежных единиц стран, входивших тогда в европейскую валютную систему.

ЭКЮ было введено только в безналичный расчёт. Тем не менее, для частного сектора в некоторых странах она выпускались в виде монет, облигаций и государственных займов. При этом ЭКЮ во многом имело характеристики настоящей валюты: было полноценным эталоном меры, счётной единицей для всего, что касается ЕВС, а также для экономической и финансовой деятельности.

Обеспечить создание нового расчетного механизма – задача для нашей страны вполне решаемая и посильная. Главная проблема в этой ситуации для России — совершенно неадекватный плавающий рубль, отсутствующий валютный контроль и слабость нашей финансовой системы в целом.

Заставка:  wikimedia

Если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях:
Материал из рубрики: