Отец в декрете



Как меняет семью уравнение ролей мужа и жены

К 30 годам мы все еще остаемся подростками. А мужчины взрослеют и вовсе к 40, долго оставаясь до этого большими детьми. По крайней мере, так сегодня принято считать в обществе. Большинство россиян, по наблюдениям демографов, стараются и жениться как можно позже. Мы становимся все инфантильнее?
  Доктор социологических наук, главный научный сотрудник Института социологии Федерального научно-исследовательского центра РАН Татьяна Гурко так не считает.

– Позднее взросление и позднее вступление в брак это действительно мировой тренд, но в нем нет ничего плохого, – утверждает Татьяна Александровна.

Засидевшиеся

Татьяна Гурко: А что хорошего, когда тебя женят после 20 и ты, не успев встать на ноги, остаешься ребенком на шее у родителей? Раньше считалось, что окончание института – это самая пора обзаводиться семьей, и мы в 80-е устали подсчитывать разводы в молодых семьях. И сегодня что у нас, что в Европе средний возраст вступления в брак с 90-х годов увеличился на несколько лет и, существенно превысив планку, на которой он удерживался десятилетиями, стремится к 30 годам.

В советские времена на женщину, которая к 27 еще не родила, пальцем показывали.

Татьяна Гурко: Моей знакомой 32, а она все не рожает. Сейчас, говорит, другое время. То ли дело – работа. Мы в студенчестве подрабатывали, но не все, в основном учились – мои же студенты к третьему курсу все работают full-time, путешествуют, берут кредиты. Закончив вузы, работают по специальности, взрослеют, смотрят мир, они амбициозны и мобильны, настроены в первую очередь на самореализацию и карьеру.

У женщин, делающих карьеру, активно растет количество мужских гормонов, они становятся агрессивнее и выносливее

Сначала карьера, потом семья.

Татьяна Гурко: И никакого инфантилизма. Мы в Институте социологии ведем фокус-группы, общаемся со студентами, и, по нашей статистике, большинство парней и девушек считают, что ни к чему заводить семью, пока тебе 25: число юношей, вступивших в брак до 24 лет, снизилось с 1980 года до 2017-го более чем на 40 процентов, а девушек – на 36. Получи профессию, встань на ноги, обзаведись жильем и всем необходимым, почувствуй себя, наконец, взрослым, и только потом – семья, ребенок. По данным переписи 2010 года, к 30 годам свыше 40% мужчин и каждая четвертая женщина ни разу не состояли в браке. Это вполне соответствует тенденциям в развитых постиндустриальных странах.

Революцией по гендеру

А меняются ли в связи с этим отношения в семье?

Татьяна Гурко: Во-первых, они меняются уже и до семьи. Мы в фокус-группах задавали студентам простые вопросы, например: кто платит на свиданиях в кафе? И оказывается, что сегодня почти норма платить поровну, делить счет между мальчиком и девочкой. Выравниваются и роли мужчины и женщины в семье, что тоже наблюдается в постиндустриальных странах. Уходит стереотип “муж – добытчик, жена – домохозяйка”, оба сегодня зарабатывают, оба тянут быт. Тем более семье с одним кормильцем прожить сейчас трудно. Мужчины пусть и медленно, но параллельно работе осваивают традиционно женские обязанности, спокойно готовят, стирают, играют с детьми. Западные социологи называют это “замедленной гендерной революцией”.

У нас, думаю, она идет только в больших городах.

Татьяна Гурко: Нет-нет. Даже в регионах с традиционно консервативным укладом, например в Ставрополье, мужчины, в том числе мусульмане, готовы к тому, что жена будет работать, что домом и семьей они будут заниматься вместе.

И результаты исследований подтверждает эту революцию?

Татьяна Гурко: Отчасти подтверждает. Я сравнивала включенность молодых мужей в жизнь семьи в 1991 и 2012 годах. И отличия были существенные: отцы стали чаще гулять с детьми – 40 процентов против 25 в 1991-м, чаще отводить ребенка в сад и забирать его (30% против 19%) и укладывать спать (35% против 23%) и так далее. Правда, отпуск по уходу за ребенком папы пока берут неохотно. В скандинавских странах отцов в декрете до 30%, в России – несколько случаев на всю страну. В огромной выборке исследования Росстата 2016 года я нашла шестерых, взявших неоплачиваемый отпуск по уходу за ребенком от полутора до трех лет.

“Наседки” улетели

При всем том Россия остается страной с самым высоким уровнем разводов.

Татьяна Гурко: И это еще один повод для девушек заниматься карьерой, чтоб не остаться при разводе у разбитого корыта – без специальности, без будущего. Исследования показывают, что семья и дети для молодых женщин по-прежнему ценность, но – не единственная. Освоение мужчинами женских, домашних, а женщинами мужских сфер продолжается и нарастает. И это меняет самих людей. Ведь когда люди осваивают иные виды деятельности, у них меняются и психология, и даже физиология. В одной книге я приводила данные о том, что у женщин, занимающихся построением карьеры, у топ-менеджеров, активно растет уровень мужских гормонов и развиваются качества, присущие мужикам – агрессивность, напористость, даже физическая выносливость. А там, глядишь, в генотипе постепенно накопятся наследственные признаки и свойства, чтобы на равных соперничать с мужчинами в способности водить грузовики и самолеты.

Вот только как это скажется на детях в их семьях?

Татьяна Гурко: Уверена, что в лучшую сторону. Во-первых, есть надежда, что активные, работающие, занимающиеся спортом, путешествующие мамы не будут такими “наседками”, какими были их предшественницы, у них просто не будет времени и возможности держать своих деток “под крылышком”.

А во-вторых?

Татьяна Гурко: Дети будут видеть, что мама работает не меньше, чем папа, им это будет привычно, как и то, что папа не только работает, но и возит его в коляске, играет с ним в песочнице. В странах, где отношения отца и матери симметричны, и рождаемость выше, и дети разностороннее. И в своих семьях лет они неизбежно повторят то, что видели в детстве.

 

В 2014 году социологи американского Pew Research Center выяснили, что в развитых странах – США, Европе, Канаде, Австралии, Японии – наметилась тенденция среди юношей и девушек все позднее покидать родительский дом или возвращаться в семью после завершения учебы. Так, согласно данным Eurostat (статистическая служба Евросоюза), в 2014 году около 48% молодых в возрасте 18-34 лет в 28 странах ЕС жили с родителями.

Меньше всего таковых в Скандинавских странах – 19%, а больше всего в южной и восточной Европе – в Македонии (73%) и Италии (66%). В Италии явление приобрело такие масштабы, что для него даже придумали отдельный термин – bamboccioni (“большие дети”).

В США 25% бывших студентов возвращались к родителям в 1990-м, 32% – в 2014-м.

В Японии треть 20-34-летних проживали с родителями в 1980-м и уже почти половина – в 2012-м.

Инфографика “РГ”: Антон Переплетчиков/Андрей Васянин
Источник rg.ru
comments powered by HyperComments

Перейти к рубрике ЧЕЛОВЕК


Уважаемые посетители сайта! Настоятельно просим не употреблять брань в комментариях.
Комментарии модерируются. Пишите корректно.
А если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях


Важно:
Все материалы представленные на данном сайте, предназначены исключительно для ознакомления. Все права на них принадлежат их авторам и/или их представителям в России. Если вы являетесь правообладателем какого-либо материала и не хотели бы, чтобы данная информация распространялась среди читателей сайта без вашего на то согласия, мы готовы оказать вам содействие, удалив соответствующие материалы или ссылки на них. Для этого необходимо, направить электронное письмо на почтовый ящик fond_rp@mail.ru с указанием ссылки на материал. В теме письма указать Претензия Правообладателя.