От замкнутого ребёнка к великому учёному.



Как Лев Ландау вывел формулу счастья и следовал ей всю жизнь.

В 13 лет Лев Ландау, будущий нобелевский лауреат, окончил 10 классов, а уже в 14 поступил сразу на два факультета: физико-математический и химический. В те времена случай был уникальный. В 21 год он уже был известным учёным, ему предлагали работу в лучших европейских университетах, но он до последнего верил, что лучшая в мире наука — только в СССР.

Отец Льва Ландау был инженером-нефтяником в Баку, богатым человеком и убежденным холостяком. Ему было уже под сорок, когда он встретил женщину мечты и захотел жениться. Она была не похожа на других девушек того времени: 29 лет, из еврейской семьи и при всём этом умудрилась самостоятельно накопить денег и уехать учиться в Цюрих. Потом, несмотря на запрет евреям селиться в Петербурге, смогла не только получить вид на жительство, но и окончить Женский мединститут, параллельно работая на кафедре физиологии. Даже после замужества и рождения двоих детей она продолжала работать врачом, преподавать в гимназии и в университете, заниматься исследованиями и публиковать статьи в научных журналах.

Лев Ландау с родителями, 1930-е годы

Как Ландау стал просто Дау

Лев Ландау родился в 1908 году. Он был замкнутым и невесёлым ребёнком, но однажды прочитал, что человек может создать себя сам, загорелся этой идеей и начал заставлять себя знакомиться и общаться с людьми. Это стало его второй натурой: все знали взрослого Ландау как остроумного и любознательного человека, который может завязать разговор и с академиком, и с прачкой. Он был уверен, что главная обязанность человека — быть счастливым. Считал, что это умение можно и нужно развивать. Если же человек несчастен, то он просто не хочет разобраться в своей жизни и ему нравится роль страдальца.

Для себя Ландау вывел очень простую формулу счастья: наука, любовь и общение с людьми. Наука, безусловно, была на первом месте

В 14 лет он с лёгкостью поступил в Бакинский университет, сразу на два факультета: химический и физико-математический. Через два года университет уже ничего не мог предложить одарённому студенту. Ему посоветовали перевестись в Ленинград. Так он в 16 лет оказался в гуще научной жизни. Приятели-студенты его любили за остроумие, готовность помочь и смелость перед профессорами. Тогда же Лев получил прозвище Дау, которое ему очень нравилось. «L’ane по-французски значит осёл, то есть фамилия Ландау означает «осел Дау», — говорил он.

Учёным всего мира он будет известен именно как Дау. Так он представлялся при знакомстве и так его звали ученики.

«Ландауский скепсис», или великий учёный в 21 год

Ландау интересовался квантовой механикой, которая тогда только-только зарождалась. Толстые книги он считал кладбищами идей (что, правда, не помешало ему написать курс теоретической физики в десяти томах), а нужные ему знания получал из зарубежных научных журналов. Свободно знал немецкий и французский языки, а к концу учёбы выучил английский. В научных статьях он читал постановку задачи и результат. Середину пропускал: «Мне нужно узнать от автора, что он делает; как делать, я сам знаю лучше». Критерий хорошей научной работы у него был очень простой: она должна разъяснять что-то непонятное.

Лев Ландау, 1929 год

В 1929 году Ландау по путёвке Наркомпросса поехал на стажировку в Европу. Он побывал на семинарах крупнейших физиков того времени, получил стипендию Рокфеллеровского фонда и опубликовал работу о диамагнетизме металлов, который позже стали называть «диамагнетизм Ландау». Ландау часто приезжал к Нильсу Бору в Копенгаген и был его любимым учеником. «Он бывал несносен, перебивал Нильса, высмеивал старших, походил на взлохмаченного мальчишку. Но как он был талантлив и как правдив!» — вспоминала жена Бора. По сути, в 21 год Дау был уже сложившимся учёным.

Однажды Ландау разговаривал с молодым физиком Кристианом Мёллером и рассказал ему, как он видит решение одной задачи. Мёллер написал работу, опубликовал её в журнале и в конце статьи поблагодарил Ландау за помощь. Ландау возмутился, ведь эту статью следовало подписать двумя фамилиями.

— Знаете, Дау, я жениться хочу, а отец невесты не даст согласия, если я не буду доцентом университета, — признался Мёллер.

— Ах так, ну пожалуйста. Я Вам ещё могу работу написать, — ответил Ландау.

Имя Дау было синонимом абсолютной честности в науке. Например, однажды он заглянул в аудиторию и узнал, что собравшиеся ждут профессора, который будет рассказывать о своём сенсационном открытии. И вот, когда учёный исписал доску вычислениями и выводами, Ландау воскликнул: «Прошу прощения, но здесь слишком много ошибок». И показал, что если задачу решать правильно, то никакого открытия нет. «Кто его сюда пустил?» — возмущался профессор. Ландау не переносил недобросовестного отношения к своему делу: «Вывести замечательный результат и не понять его значения — такое действительно позорно!».

«Известно, что физики боялись опубликовать сырую статью. Все знали, что Ландау моментально заметит просчёты и пощады не будет. Существовало мнение, что протащить свой результат сквозь эшелоны ландауского скепсиса очень трудно для всех, кто работал в его отделе, ибо он, как заведующий, считал себя ответственным за статьи своих сотрудников и всегда их прочитывал».

Из воспоминаний Майи Бессараб, племянницы Льва Ландау

Ландау-ловелас и брак без обязательств

Ландау ещё в юности поклялся, что никогда не женится. В 26 лет встретил Кору (Конкордию Дробанцеву), у них начался роман. Но даже огромная любовь и страсть не могли заставить его жениться. Коре, разумеется, не нравилось неопределённое положение. В конце концов, Ландау сдался, но сразу оговорил, что брак будет формальным: он оставляет за собой право вести себя как холостяк (и ей тоже даёт полную свободу), взяв с Коры обещание, что она не будет ревновать. Ландау считал брак чем-то вроде кооператива и говорил, что к любви он не имеет ни малейшего отношения.

Кора, жена Льва Ландау

Любовь между Корой и Ландау длилась 12 лет, а после этого она фактически стала его экономкой. Он честно отдавал ей 70% своего заработка, но при этом жил своей жизнью. Она страдала, но высокая зарплата мужа и статус супруги академика её вполне устраивали. Ландау много рассуждал об отношениях и флиртовал с другими женщинами. Возможно, поэтому многие считали его ловеласом. Хотя друзья вспоминали, что к любви он относился серьёзно, а его романы можно пересчитать по пальцам.

Преподавательские годы и тюрьма

Во время студенческой поездки за границу Ландау не раз предлагали работу в лучших университетах Европы, но он отказывался. «Нет, я вернусь в свою рабочую страну, и мы создадим лучшую в мире науку», — говорил он.

Ландау переехал в Харьков — заведовать теоретическим отделом в физико-техническом институте. Он не только занимался исследованиями, но и преподавал: собрал вокруг себя молодых талантливых физиков, продумал «теоретический минимум» — перечень необходимых знаний, проводил семинары, на которых мог выступить с докладом любой желающий. Споры и обсуждения часто потом продолжались в маленькой квартире Ландау.

«Некоторые считают, что учитель обкрадывает своих учеников. Другие — что ученики обкрадывают учителя. Я считаю, что правы и те и другие, и участие в этом взаимном обкрадывании — прекрасно».

К 1937 году мечты Ландау о великом будущем рабочей страны рассеялись: начались массовые аресты. Причём он не мог понять, по какому принципу забирают людей. Ученый уехал в Москву и сразу получил работу в Институте физических проблем у Петра Капицы.

В то время Капица обнаружил парадоксальное поведение жидкого гелия вблизи абсолютного нуля. Когда этой проблемой заинтересовался теоретик-Ландау, появилась надежда, что явление удастся объяснить. Ландау буквально стоял на пороге открытия (позже за эту работу он получил Нобелевскую премию), но его арестовали. Это случилось в 1938 году.

В тюрьме Ландау провёл год

Капица отреагировал мгновенно, хотя заступаться за потенциального «врага народа» было очень рискованно. Он написал письмо Сталину с просьбой если не освободить, то хотя бы внимательно рассмотреть дело Ландау. Подобное письмо написал и Нильс Бор. Но просто так выпустить из тюрьмы учёного власти не могли — это бы означало признаться на весь мир, что физика с громким именем посадили по ошибке.

Оптимальное решение пришло не скоро: Ландау освободили через год под личное поручительство Капицы. Одновременно с Ландау в Москве задержали его друга, физика Юрия Румера — всю первую ночь они в камере «проговорили о математике». Румер пробыл в заключении 10 лет. Ландау каждый месяц отправлял ему деньги — ту сумму, которую не отдавал жене, Ландау тратил «на разврат и филантропию».

«Мой сын никогда не скажет, что я зануда»

Родители Ландау заставляли его в детстве учиться тому, что ему не нравилось — например, музыке. Сам он своего сына Игоря старался ни к чему не принуждать. «Мой сын никогда не скажет, что я зануда», — говорил он.

Зануд Ландау классифицировал так: гнусы (скандалисты), моралинники (выделяют продукт морали — моралин), постники (ходят с недовольным лицом), обидчивые (всегда на кого-то в обиде). Истребление зануд Ландау считал долгом каждого порядочного человека. «Если зануда не разъярён — это позор для окружающих», — говорил он.

Лев Ландау с сыном Игорем

Ландау занимался физикой по много часов каждый день, но и умел моментально переключаться на бытовую жизнь.

«Гарику (Игорю, сыну Льва Ландау — Прим. ред.) было года четыре, когда ему подарили электрическую железную дорогу. Дау страшно любил игрушки и при виде всех этих вагончиков, паровозов, семафоров приходил в ажиотаж, суетился, пытался что-то подсоединить, но всё невпопад, словом, всем мешал, но вдруг правильно подключил платформу и радостно засмеялся. „Вот и папа на что-то пригодился“, — заметил ребёнок. Все так и грохнули со смеху».

Из воспоминаний Майи Бессараб, племянницы Льва Ландау

С техникой Ландау совершенно не ладил и говорил, что не ходит в лабораторию Капицы, чтобы не переломать там все приборы. Вместе с Капицей Ландау работал над атомным проектом СССР. «Если бы не пятый пункт, то есть национальность, я не занимался бы спецработой, а только физикой, наукой, от которой я сейчас отстаю. Я низведён до уровня „учёного раба“, и это всё определяет», — говорил Ландау.

За участие в этих работах Ландау получил звание Героя Социалистического труда, но золотую звезду практически не носил. Она была прикреплена к пиджаку, который так и назывался — «пиджак-таран». Ландау надевал его, когда надо было кого-то «таранить», например, доставать билеты в театр.

Нобелевская премия после смерти

7 января 1962 года Ландау попал в автомобильную аварию и почти два месяца находился в коме. Рядом с кабинетом главврача организовали физический штаб: 87 физиков по очереди дежурили, стараясь обеспечить врачей всем необходимым.

«Появилась алфавитная книга с телефонами и адресами всех и вся –лиц и учреждений, связь с которыми могла потребоваться в любую минуту. Там было записано 233 телефонных номера — другие больницы, автобазы, аэродромы, таможни, аптеки, министерства, места возможного пребывания врачей-консультантов».

Из воспоминаний коллег-физиков

12 января у Ландау остановилось дыхание, но физики раздобыли необходимый дыхательный аппарат. Ещё через 10 дней начался отёк мозга, подходящее лекарство нашли в Англии. Британский коллега обещал доставить его в аэропорт. Он опаздывал и позвонил начальнику аэропорта Хитроу — самолёт задержали на два часа. В Шереметьеве лекарство уже ждал дежурный физик.

В апреле Ландау начал приходить в себя. В конце 1962 года он получил Нобелевскую премию «за пионерские работы в области теории конденсированных сред, в особенности жидкого гелия». Он был единственным в истории лауреатом, которому вручали награду в больнице. Американский журнал «Life» даже опубликовал статью «Нобелевская премия после смерти».

Лев и Кора разбирают поздравительные телеграммы после того, как Ландау вручили Нобелевку, 1962 год / Фото: РИА Новости

Последние шесть лет жизни он не занимался физикой и хотя в быту оставался жизнерадостным человеком, каким всегда был, многие близкие считали аварию его «духовной смертью». Формула, которую Ландау когда-то вывел, оказалась верной: любви и общения для счастья всё-таки недостаточно.

Ландау умер в 1968 году после очередной операции. А «Курс теоретической физики» Льва Ландау и Евгения Лифшица переиздаётся до сих пор.

Алина Терехова

 

comments powered by HyperComments

Перейти к рубрике ИСТОРИЯ


Уважаемые посетители сайта! Настоятельно просим не употреблять брань в комментариях.
Комментарии модерируются. Пишите корректно.
А если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях


Важно:
Все материалы представленные на данном сайте, предназначены исключительно для ознакомления. Все права на них принадлежат их авторам и/или их представителям в России. Если вы являетесь правообладателем какого-либо материала и не хотели бы, чтобы данная информация распространялась среди читателей сайта без вашего на то согласия, мы готовы оказать вам содействие, удалив соответствующие материалы или ссылки на них. Для этого необходимо, направить электронное письмо на почтовый ящик fond_rp@mail.ru с указанием ссылки на материал. В теме письма указать Претензия Правообладателя.