СМЕРШ тебя подождёт



Исполняется 75 лет контрразведке «СМЕРШ» и 110 лет её неизменному начальнику Виктору Семёновичу Абакумову.

В эти апрельские дни отмечаются сразу две даты, связанные с деятельностью советской контрразведки. 24 апреля исполняется 110 лет Виктору Семёновичу Абакумову, начальнику Главного управления контрразведки «СМЕРШ», а 19 апреля — 75 лет самому ГУКР «СМЕРШ», которое стало самой эффективной спецслужбой времен Второй мировой войны, наголову переиграв своих основных противников в лице Управления разведки и контрразведки Абвер (Amt Ausland/Abwehr) Верховного главнокомандования вермахта (Oberkommando der Wehrmacht, OKW) и Организации «Цеппелин» (Unternehmen Zeppelin) внешней разведки СД (SDAusland), VI отдел РСХА. А это были грозные, коварные и невероятно жестокие противники.
На Абвер возлагались не только сбор разведданных о противнике и его военно-экономическом потенциале, но и дезорганизация его тыла, для чего был создан отдел Abwehr-II, которому был подчинен 800-й учебный полк особого назначения «Бранденбург» (Lehrregiment Brandenburg z. b. V. 800), в задачи которого входили диверсии в тылу противника, глубокая разведка, уничтожение коммуникаций, захват стратегических объектов, ликвидация офицерского состава высокого ранга, террор в отношении гражданского населения (в том числе в форме войск противника) для создания панических настроений и усиления хаоса, подрывы ж/д путей, узлов связи, уничтожение складов с амуницией, продовольствием, боеприпасами, добыча «языков» и т.д. С этой целью в «Бранденбург» помимо немцев набирались прошедшие весьма жёсткий физический отбор лица других национальностей. Кроме интенсивной лингвистической подготовки они осваивали рукопашный бой, работу с картой, взрывное дело, маскировку на местности, тактику боя в одиночку и малыми группами, навыки изготовления фальшивых документов, тактику засад, горную подготовку, трофейное оружие и многое другое. Для них отсутствовали какие-либо правила ведения войны и нормы человеческой морали — допускалось всё, что вело к результату, в том числе применение любых видов оружия, пытки при допросе пленных, захват заложников, убийство женщин и детей и т.д. Например, сразу после нападения на СССР в советском тылу действовало подразделение «20-60», набранное из прибалтов, балтийских немцев, потомков белой эмиграции и прочих элементов, говорящих на русском языке, одетых в форму красноармейцев или сотрудников НКВД. Для действий на Украине активно использовались украинские националисты, особенно бандер-оуновцы. В ходе взятия Львова 29 июня 1941 года 1-му батальону полка «Бранденбург 800» было придано подразделение «Нахтигаль», состоящее из выходцев с Украины, которое захватило ключевые объекты города и развязало жуткий террор в отношении мирного гражданского населения. Летом 1942 года состоящее из русскоговорящих фольксдойче, литовцев и русских белоэмигрантов подразделение полка «Бранденбург 800» численностью 62 человека под командованием барона Адриана фон Фёлкерзама, уроженца Риги и внука русского контр-адмирала, совершило так называемый «майкопский рейд». Действуя в форме НКВД, оно захватило узел связи штаба обороны города. Затем, перемещаясь по городу на трофейных ЗИСах, Фёлькерзам и его подчинённые начали распространять слухи о том, что Майкоп вот-вот будет окружён, гарнизон будет отрезан, и единственное, что остаётся — это оставлять позиции и бежать в тыл. В результате подошедшие спустя сутки части вермахта взяли город с прилегающими нефтепромыслами практически без боя.

Адриан фон Фелкерзам

В январе 1942 года, в районе Демянска Красная Армия окружила основные силы 2-го армейского корпуса 16-й немецкой армии группы армий «Север». Советское информбюро поспешило сообщить о крупной победе. Однако в марте 1942 года в структуре внешней разведки SD-Ausland (VI отдел РСХА) был создан новый разведорган «Цеппелин», в задачи которого входили политическая разведка, диверсионно-террористическая деятельность и создание сепаратистских национальных движений в советском тылу. Шеф СД бригадефюрер СС Вальтер Шелленберг писал в своих мемуарах об этой организации: «Здесь мы нарушили обычные правила использования агентов — главное внимание уделялось массовости. В лагерях для военнопленных отбирались тысячи русских, которых после обучения забрасывали на парашютах вглубь русской территории. Их основной задачей, наряду с передачей текущей информации, было разложение населения и диверсии». В результате действий «Цеппелина» советская операция по ликвидации немецкой группировки в «Демянском котле» потерпела неудачу. Заброшенные на территорию Новгородской области 200 диверсантов «Цеппелина» вывели из строя железнодорожные линии Бологое-Торопец и Бологое-Старая Русса, в результате чего советские части не получили подкрепление и боеприпасы. В апреле 1942 года немцы прорвали окружение.
Столкнувшись с подобным ранее невиданным массированным ведением диверсионной войны в тылу Красной Армии, Сталин пошел на кардинальную реорганизацию органов военной контрразведки, от которых теперь во многом зависел исход войны. 19 апреля 1943 года он забирает особые отделы из НКВД и создает на их основе Главное управление контрразведки (ГУКР) «СМЕРШ», подчиняющееся непосредственно НКО СССР. Во главе ГУКР «СМЕРШ» назначается комиссар ГБ 2-го ранга Виктор Семёнович Абакумов, до этого возглавлявший Управление особых отделов НКВД СССР. Одновременно Абакумов становится заместителем наркома обороны Сталина.

Виктор Семенович Абакумов

Виктор Семёнович Абакумов родился 11 апреля 1908 года в Москве в рабочем квартале около Хамовнических казарм и был крещён в церкви Николы в Хамовниках. Он добровольцем вступил в РККА, где служил во 2-й Московской бригаде особого назначения (ЧОН). В январе 1932 года по партийной путёвке его направляют в органы госбезопасности. С 1933 года он работает в экономическом управлении центрального аппарата ОГПУ, которое занималось борьбой с диверсиями и вредительством в народном хозяйстве. Здесь он зарекомендовал себя как толковый оперативник и агентурист. Как рассказывают, «женщины, конечно, от него с ума сходили — сам красивый, музыка своя, танцор отменный, да еще с выпивкой и закуской».
На руководящую должность Абакумова выдвинул Лаврентий Павлович Берия, совершивший в НКВД подлинную кадровую революцию – именно благодаря его мудрой кадровой политике органы накануне войны были существенно обновлены и укреплены. 5 декабря 1938 года Абакумов был назначен начальником Управления НКВД по Ростовской области. А 25 февраля 1941 года его вызывает нарком внутренних дел Берия и в звании старшего майора госбезопасности назначает своим заместителем. Абакумову было 32 года.

19 апреля 1943 года Абакумов становится уже заместителем Сталина и начальником «СМЕРШ». В центральном аппарате «СМЕРШ» служило 646 человек, которые размещались в здании на Лубянке на 4-м и 7-м этажах. Под руководством Абакумова «СМЕРШ» превратился в сверхмощное ведомство и стал самой эффективной спецслужбой Второй мировой войны.
В состав ГУКР «СМЕРШ» с апреля 1943 года входили следующие отделы, начальники которых были утверждены 29 апреля 1943 года приказом № 3/сш наркома обороны Иосифа Виссарионовича Сталина:
• 1-й отдел — агентурно-оперативная работа в центральном аппарате Наркомата обороны (начальник полковник, затем генерал-майор Горгонов Иван Иванович)
• 2-й отдел — работа среди военнопленных, проверка военнослужащих Красной Армии, бывших в плену (начальник подполковник Карташев Сергей Николаевич)
• 3-й отдел — борьба с агентурой, забрасываемой в тыл Красной Армии (начальник полковник Утехин Георгий Валентинович)
• 4-й отдел — работа на стороне противника для выявления агентов, забрасываемых в части Красной Армии (начальник полковник Тимофеев Петр Петрович)
• 5-й отдел — руководство работой органов «СМЕРШ» в военных округах (начальник полковник Зеничев Дмитрий Семенович)
• 6-й отдел — следственный (начальник подполковник Леонов Александр Георгиевич)
• 7-й отдел — оперативный учет и статистика, проверка военной номенклатуры ЦК ВКП(б), НКО, НКВМФ, шифрработников, допуск к совершенно секретной и секретной работе, проверка работников, командируемых за границу (начальник полковник Сидоров А.Е. — был назначен позднее)
• 8-й отдел — оперативной техники (начальник подполковник Шариков Михаил Петрович)
• 9-й отдел — обыски, аресты, наружное наблюдение (начальник подполковник Кочетков Александр Евстафьевич)
• 10-й отдел «С» — специальных заданий (начальник майор Збраилов Александр Михайлович)
• 11-й отдел — шифровальный (начальник полковник Чертов Иван Александрович)
• Политотдел — начальник полковник Сиденьков Никифор Матвеевич
• Отдел кадров — начальник полковник Врадий Иван Иванович
• Административно-финансово-хозяйственный отдел — начальник подполковник Половнев Сергей Андреевич
• Секретариат — начальник полковник Чернов Иван Александрович.

Борьба с вражеской агентурой и диверсантами противника была крайне опасным занятием — в среднем оперативник «СМЕРШ» служил 3 месяца, после чего выбывал по смерти или ранению. Капитан госбезопасности в отставке, сотрудница «СМЕРШ» Анна Кузьминична Зиберова в своих воспоминаниях пишет: «Недавно мне делали операцию. Очнувшись от наркоза, я увидела рядом в палате взволнованные лица дочери и старшего племянника. “Бабушка, — сказал он, — вы во сне так дрались с кем-то! И все время говорили: “Если бы знал, убил бы!” Я поняла, в чем дело. Однажды мы брали полковника, подозреваемого в шпионаже. Я долго стучала в дверь (электричества не было) и вдруг провалилась в темноту. Меня схватили за шкирку, поволокли и бросили в темное помещение. Оказалось, это был туалет. Полковника задержали на выходе с черного хода. “Где наша девушка?” — спросили его. — “Если бы знал, что ваша, убил бы!” Нас инструктировали — никогда не смотреть в лицо тем, кого задерживаем. К тому же было очень темно. Но ко мне часто приходит по ночам страшная рожа с криками: “Если б знал, убил бы!”»
Но, несмотря на все трудности, за три года существования «СМЕРШ» в рядах контрразведчиков не было ни одного случая предательства, перехода на сторону врага. На счету «СМЕРШ» по самым скромным подсчетам более 30 тысяч разоблаченных немецких агентов, почти 4 тысячи организаторов и исполнителей диверсий, более 6 тысяч террористов. Свыше 3 тыс. наших агентов было заброшено в тыл врага. За период с 19 апреля 1943 года до окончания войны органы ГУКР «СМЕРШ» провели 183 радиоигры. Подобного размаха работы не знала ни одна спецслужба в мире.
Находясь во главе Ставки Верховного Главнокомандования, Сталин потребовал беспрецедентных мер по сохранению в тайне планов разрабатываемых операций. Контроль за реализацией этих мер был также возложен на органы контрразведки «СМЕРШ». С помощью секретных агентов контрразведчики проверяли надёжность защиты секретов в местах, где осуществлялась разработка планов боевых операций, выявляли возможные каналы их утечки к противнику. На основе информации, поступающей от осведомителей и агентов из числа должностных лиц штабов, постоянно отслеживался не только круг лиц, допущенных к особо охраняемым сведениям, но и то, к каким именно документам они получали доступ и в каком объёме с ними знакомились. И во главе всего этого прекрасно отлаженного контрразведывательного механизма всю войну находился генерал-полковник Абакумов.

М-72 – мотоцикл СМЕРШ

Начальник контрразведывательного факультета Высшей школы КГБ СССР, генерал-майор Борис Васильевич Гераскин, который в 1944 году был молодым сотрудником центрального аппарата «СМЕРШ», вспоминает: «В большом, обшитом деревом кабинете возле письменного стола стоял Абакумов. Запомнилось его крепкое телосложение, правильные черты лица, высокий лоб и тёмные волосы, гладко зачёсанные назад. На нем ладно смотрелась серая гимнастёрка и синие бриджи с лампасами, заправленные в сапоги. Пальцы обеих рук он держал за широким военным ремнём…»
Председатель Гостелерадио СССР Николай Николаевич Месяцев во время войны был следователем Отдела контрразведки «СМЕРШ» 5-й гвардейской танковой армии, а затем служил в ГУКР «СМЕРШ». Он вспоминает: «Во-первых, я был на пике борьбы во время Великой Отечественной войны — на пике борьбы двух мощных разведок и контрразведок, нашей и германской. Во-вторых, я научился разбираться в человеческой натуре. Можете мне не верить, но, когда я распрощался с органами, мне иногда было неудобно разговаривать с людьми. Я видел, что человек говорит неправду, я чувствовал. Мой профессиональный опыт позволял слышать шорох скрытых мыслей сидящего передо мной…»
Первый заместитель председателя КГБ СССР, генерал армии Филипп Денисович Бобков вспоминает, что Абакумов, уже в ранге министра госбезопасности, мог неожиданно заглянуть к рядовому сотруднику, посмотреть, как тот ведёт дело, расспросить о подробностях, все проверить, вплоть до того, насколько аккуратно подшиваются бумаги.
Вечерами Виктор Семёнович любил ходить по улице Горького пешком, со всеми любезно здоровался, а его адъютант раздавал старушкам рублёвые ассигнации. Они крестились и благодарили. Как истинный москвич, Виктор Семёнович любил фокстрот, футбол и шашлыки — из ресторана «Арагви».

В.С. Абакумов и его заместитель Н.Н. Селивановский. 1945 г.

12 июля 1951 года Абакумов был арестован по обвинению в государственной измене, сионистском заговоре в МГБ и в попытках воспрепятствовать разработке «дела врачей». Очевидно, многим из сильных мира сего не давал покоя компромат, сосредоточившийся в руках главы госбезопасности. Генерал-лейтенант Павел Анатольевич Судоплатов, арестованный по сфабрикованному «делу Берия», отмечает стойкость и мужество Виктора Семёновича: «…Он продолжал полностью отрицать предъявлявшиеся ему обвинения даже под пытками, “признания” от него так и не добились. … Он вёл себя как настоящий мужчина с сильной волей… Ему пришлось вынести невероятные страдания (он просидел три месяца в холодильнике в кандалах), но он нашёл в себе силы не покориться палачам. Он боролся за жизнь, категорически отрицая “заговор врачей”. Благодаря его твёрдости и мужеству в марте и апреле 1953 года стало возможным быстро освободить всех арестованных, замешанных в так называемом заговоре, поскольку именно Абакумову вменялось в вину, что он был их руководителем».
После ареста Берия Абакумова стали обвинять уже в том, что он уничтожал партийные кадры, и судили за «ленинградское дело». Он просидел очень долго. Уже расстреляли тех, кто был арестован после него, расстреляли доносчика Рюмина, а Абакумов все еще ждал решения своей судьбы.
Суд над ним и рядом других бывших руководителей ГУКР «СМЕРШ» открылся 14 декабря 1954 года в Доме офицеров в Ленинграде. На суде присутствовали представители ленинградской партийной организации. Абакумов виновным себя не признал. Он настаивал на том, что все решения принимались ЦК, он же был всего лишь исполнителем:
— Сталин давал указания, я их исполнял.
Но как только Абакумов это произнёс, Генеральный прокурор СССР Роман Руденко тут же встал и сказал, что это к делу не относится, и потребовал председательствующего лишить обвиняемого слова. Абакумову так и не дали ничего рассказать о тех указаниях, которые он получал от Сталина. Таково было распоряжение Хрущёва.
Обвинение стояло на своём: «Подсудимый Абакумов, будучи выдвинут Берией на пост министра госбезопасности, являлся прямым соучастником преступной заговорщической группы, выполнял вражеские задания Берии». Его признали виновным в измене Родине, вредительстве, совершении терактов, участии в контрреволюционной организации и расстреляли 19 декабря 1954 года, буквально через час после вынесения приговора, не дав возможности обратиться с просьбой о помиловании.
Первоначальное захоронение было произведено на секретном полигоне «Левашовская пустошь» в Ленинграде. Долгое время считалось, что место захоронения Абакумова неизвестно. В телепроекте НТВ из цикла «Кремлёвские похороны» обезличенный стандартно сиповатый голос за кадром злорадствует: «Так что родственники Абакумова никогда не смогут прийти на его могилку. И никогда не будет установлен над ней памятник…» Никогда, мол, не сбудется мечта Елены Григорьевны Русалкиной — вдовы сына Абакумова — «перевезти останки Абакумова с Левашовского кладбища ближе к сыну».
Сын Абакумова Игорь родился 5 апреля 1951 года, за три месяца до ареста отца. Жена Абакумова – Антонина Николаевна Смирнова – вместе с грудным Игорем оказались за решеткой сразу же после ареста Виктора Семёновича и провели там три года. В 1954 году, за несколько месяцев до расстрела Абакумова, жену с ребенком освободили…

Антонина Николаевна Смирнова с сыном Игорем

В 1955 году Игорю было выдано новое свидетельство о рождении, где в графе «отец» стоял прочерк, а фамилия была изменена на материнскую – Смирнов. Его дед по матери Смирнов-Орландо был известным в начале прошлого века гипнотизером. Вторую фамилию дед взял от владельца цирка, где в детстве выступал благодаря своему таланту. Классические методы гипноза дед Игоря осваивал в Индии, уже окончив медицинский факультет Петербургского университета.
Сам Игорь впоследствии стал академиком и впервые в мире разработал «инструмент измерения психического» – то, о чем мечтали выдающиеся исследователи человеческой психики – от Вундта до Бехтерева. В начале 80-х годов Игоря Викторовича Смирнова за рубежом окрестили «отцом психотронного оружия». Он ушел из жизни 5 ноября 2004 года.
В настоящее время Институтом психотехнологий руководит его вдова Елена Григорьевна Русалкина. С помощью разработанных в институте технологий, реализованных в виде аппаратно-программных комплексов, можно за считаные минуты вычислять террористов, педофилов, потенциальных или реальных убийц и вообще людей, склонных к криминалу. Это с успехом можно применять, например, при контроле в аэропортах: положил ладонь на датчик – и через минуту можно вызывать спецназ. Чем не продолжение дела славного ГУКР «СМЕРШ»!
С помощью тех же технологий можно создавать супервоинов, нечувствительных к боли, быстрых, ловких и сильных, владеющих секретами бесконтактного обезвреживания противника по методу русбоя, способных быстро осваивать языки той местности, в которой они действуют. Разрабатываемые технологии позволяют обезоруживать большие массы противника или жителей городов, меняя их мотивацию и поведение.
В 1990-е годы дело Абакумова было пересмотрено: 28 июля 1994 года его действия были переквалифицированы на статью 193-17, п. «б» (злоупотребление властью), а в 1997 году мера пресечения была заменена на 25 лет заключения в ИТЛ без конфискации имущества.

В 2013 году на кладбище «Ракитки» под Москвой, в 10 км от МКАД по Калужскому шоссе, появился надгробный памятник Абакумову Виктору Семёновичу. В администрации кладбища можно удостовериться, что останки министра и его жены, скончавшейся в 1974 году, были перезахоронены в 2013 году в могилу их сына – академика Игоря Викторовича Смирнова. Перезахоронением занимались серьёзные молчаливые люди: все эти годы чекисты хранили сведения о месте захоронения легендарного начальника «СМЕРШ» и светлую память о нём. И мечта Елены Григорьевны Русалкиной сбылась.

Источник zavtra.ru

 

comments powered by HyperComments

Перейти к рубрике ИСТОРИЯ


Уважаемые посетители сайта! Настоятельно просим не употреблять брань в комментариях.
Комментарии модерируются. Пишите корректно.
А если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях


Важно:
Все материалы представленные на данном сайте, предназначены исключительно для ознакомления. Все права на них принадлежат их авторам и/или их представителям в России. Если вы являетесь правообладателем какого-либо материала и не хотели бы, чтобы данная информация распространялась среди читателей сайта без вашего на то согласия, мы готовы оказать вам содействие, удалив соответствующие материалы или ссылки на них. Для этого необходимо, направить электронное письмо на почтовый ящик fond_rp@mail.ru с указанием ссылки на материал. В теме письма указать Претензия Правообладателя.