Французы растаяли. Аида Гарифуллина cпела в Париже Снегурочку



В парижской Опере Бастилии прошли премьерные спектакли “Снегурочки” Римского-Корсакова в постановке Дмитрия Чернякова. Опера не исполнялась там более ста лет, и сегодня французские меломаны недоумевают, отчего так долго “замалчивался” такой шедевр. В партии “ледяной внучки” дебютировала уроженка Казани Аида Гарифуллина, чье имя все чаще появляется в афишах ведущих оперных театров Европы.

В постановке Дмитрия Чернякова Аида Гарифуллина открыла для себя новые грани своих певческих и физических способностей. Фото: Пресс-служба Парижской оперы Бастилии

В этом году на лейбле Decca вышел первый сольный альбом певицы, включивший не только арии и романсы русских и зарубежных композиторов, но и татарскую песню “Аллюки” и “Подмосковные вечера”. Певица рассказала “РГ” о своей работе с самым востребованным на Западе русским режиссером и своих планах, расписанных уже до 2020 года.

Творческой команде “Снегурочки”, включавшей и дирижера, и интернациональный состав певцов, выпала миссия представить Европе почти забытую там оперу Римского-Корсакова. Как справились с этой исторической миссией?

Аида Гарифулина: Французские газеты много пишут об этой премьере, все рецензии только восторженные! Вы и сами убедились в том, что это был действительно успех Дмитрия Чернякова и всей его команды великолепных солистов, хора и оркестра под управлением маэстро Михаила Татарникова, если бы побывали в Опера де Бастий на протяжении восьми спектаклей. Постановка красочная, масштабная, с безумно красивыми декорациями и костюмами. На сцене даже чучело Масленицы по-настоящему горело, а в сцене с матерью Весной в сумерках кружились деревья, создавая ощущение таинственности. Это производило огромное впечатление на парижан.

Как вы приняли предложение спеть заглавную партию в “Снегурочке”?

Аида Гарифулина: Я с радостью согласилась, получив из Парижской оперы такое предложение, тем более, что до этого не работала с этим режиссером. С одной стороны, интересно было поработать с “тем самым великим и ужасным” Дмитрием Черняковым, который вечно раскалывает и провоцирует консервативное оперное сообщество, а с другой – было очень любопытно, как же он сможет “модернизировать” самую весеннюю сказку. И я об этом ни на минуту не пожалела! Мы не были знакомы ранее, но я ехала в Париж с ясным пониманием, что встречусь с неординарным человеком. Дмитрий Черняков на современном оперном небосклоне – яркая персона с творческим универсализмом, смелостью и независимостью позиции. Мне вообще интересна природа произошедшей в этом человеке “модуляции” из театрального режиссера в оперного. И в процессе работы я нашла ответы на все волновавшие меня запросы.

Насколько смелой показалась вам концепция новой постановки?

Аида Гарифулина: “Снегурочка” – уникальное явление в русской оперной классике. Сам Римский-Корсаков любил ее, выделяя среди своих опер. Чего стоит только его откровение о том, что по написании этой оперы он “почувствовал себя созревшим музыкантом и оперным композитором, ставшим окончательно на ноги”. Потому-то мне и было интересно все – от режиссерской концепции спектакля до деталей мизансцен и сценических костюмов. Если по ходу репетиций и возникали вопросы к режиссеру, мы всегда находили на них убедительные ответы. Так что накануне премьеры все вопросы отпали сами собой, и труппа выступила как единая команда во главе с режиссером.

Что оказалось для вас в этом спектакле сложнее всего?

Аида Гарифулина: По замыслу режиссера, мне предстояло много двигаться на сцене – бегать, падать, кружиться, ведь я – Снегурочка, хрупкая, не знающая жизни, ищущая любви. Мы с Димой часто обсуждали мизансцены с падениями, например, когда я должна резко подняться на ноги и петь. В третьем акте мне приходится много бегать по “лесу”, от чего порой кружилась голова, но я научилась быстро восстанавливать дыхание для следующей большой арии. Сценические сложности помогают открыть для себя новые грани своих певческих и физических возможностей, и я благодарна Диме за этот бесценный опыт!

Вы, как и Анна Нетребко, начали свою карьеру с Сюзанны в “Свадьбе Фигаро” в Мариинском театре. В таком же платье, как прежде у Анны, вы выходите сегодня на сцену Венской оперы в “Любовном напитке”. Но после Нетребко непросто занять свою нишу на оперном Олимпе. Появилась уже и Ольга Перетятько, покорившая Европу своим Россини. У вас, судя по первому сольному альбому на Decca, есть своя “программа восхождения”?

Аида Гарифулина: В 2013 году Валерий Гергиев пригласил меня спеть партию Сюзанны в опере Моцарта “Свадьба Фигаро”, ставшей моим первым спектаклем! Мне дали платье, в котором начинала петь Анна. Факт этот не был решающим или определяющим в моей карьере – было лишь приятное совпадение. Певцов часто сравнивают по внешним данным, как например Ольгу Перетятько с Анной Нетребко. Но ничто не делает певца или певицу известным, любимым публикой, как его талант, индивидуальность и яркая харизматичность. Я надеюсь, у меня свой путь в опере.

В третьем акте пришлось много бегать “по лесу”, кружилась голова, но я научилась быстро восстанавливать дыхание

С кем вы советуетесь по поводу репертуарной стратегии?

Аида Гарифулина: Во многом, оперный репертуар формируется естественным образом: поступают предложения из театров, и ты принимаешь решение об участии в том или ином спектакле. Иногда приходится делать выбор между несколькими предложениями, и тогда определяющими являются твои собственные творческие интересы на данный момент. Конечно, советуюсь с моим педагогом и с мамой.

Вы выросли в семье, где хорошо понимают и поддерживают ваши шаги в искусстве. Тем более, что мама возглавляет Центр современной музыки Софии Губайдулиной.

Аида Гарифулина: Да, мама сыграла большую роль в формировании моей творческой карьеры. Она уверенно вела меня к этой цели с самого раннего детства. Мама и сегодня рядом со мной, присутствует на всех моих репетициях, премьерах и важных концертах.

А с современной музыкой вам приходилось иметь дело?

Аида Гарифулина: В 2016 году на сцене Венской государственной оперы с большим успехом прошла премьера оперы современного венгерского композитора Петера Этвёша “Три сестры” по пьесе Антона Чехова в постановке американского режиссера Ювала Шарона. Я спела в пяти спектаклях.

Как планируете выстраивать отношения с Мариинским театром, где вы уже спели не только в “Свадьбе Фигаро”, но и в “Войне и мире” Прокофьева в резко провокационной постановке?

Аида Гарифулина: У меня сложились очень хорошие отношения с Мариинским театром, который я очень люблю. Мне предлагают вновь спеть Наташу Ростову и Шемаханскую царицу в “Золотом петушке” Римского-Корсакова. Вопрос только во времени, в моем плотном графике все расписано вплоть до 2020 года. Есть предложение из Венской оперы спеть Манон в одноименной опере Массне вместе с Хуаном Диего Флоресом. Есть и другие партии, среди которых “Травиата” Верди…

https://rg.ru/2017/05/03/aida-garifullina-cpela-v-parizhe-snegurochku.html

comments powered by HyperComments

Перейти к рубрике КУЛЬТУРА


Уважаемые посетители сайта! Настоятельно просим не употреблять брань в комментариях.
Комментарии модерируются. Пишите корректно.
А если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях