Новый образ Екатеринбурга



Александр Давыдов    

Новый образ широкого города со скоростной транспортной системой может удовлетворить потребность  социальности, поднять рождаемость и дать качественное образование для нового уклада жизни.

Город развивается по старым лекалам

В Екатеринбурге преобладает образ города, сформированный ранней индустриализацией. Что было? Большие заводы на десятки тысяч занятых, массовая застройка микрорайнов панельными многоэтажками, недостаток жилья и семьи с одним-двумя детьми. Масштабная застройка целыми микрорайонами была в свое время благом, она создала большой приток жилья, который выделил город среди аналогов, типа Перми и Челябинска.

Период индустриализации и перемещения деревенских масс в город – закончен. А город воспроизводит устаревший образ и деградирует. Академический район сейчас – хуже чем Комсомольский был пятьдесят лет назад, например, – нет трамвая.

По прежнему почти нет человеческого малоэтажного жилья. Нет уютных дворов где дети могут самостоятельно играть без родителей. Нет соседских сообществ, компаний, социальной среды. Это по-прежнему не место жизни семьи, а место выживания. Оно может и годится для старого производства, но не годится для современной работы, для семьи и для современных детей. Талантливые отсюда уезжают.

Что произошло в мире? Предприятия малолюдны, в них работает в десятки раз меньше народа. Семьи переселились в пригороды, сильно развились автодороги. Сфера услуг стала основным нанимателем, больше 70% работающих.

У нас ситуация с занятостью становится похожей, в Екатеринбурге наибольшая доля занятых – в сфере услуг, промышленность тоже стала или малолюдной, или — осталась старая с низкой зарплатой.

Вызов нового технологического уклада

Быстро приходит новый технологический уклад, в котором автоматизируется не только производство, но и сфера услуг. Бухгалтера и продавцы заменяются интернет-сервисами. Юристы — программами семантического анализа. Диспетчеры такси — яндексом и убером. В очереди на выход с рынка — армии водителей и магазинных кассиров.

Новый технологический уклад «обезлюживает» экономику. Выкашиваются целые профессии. Это новый вызов для города. Какой должен быть город в новом мире, когда работа изменчива, эпизодична и не гарантирована?

Как жить в городе, когда доход изменчив, а ежемесячный чек на семью — постоянный и растет? Живя в городе — надо непрерывно платить на каждом шагу. А если выпал «из рабочей обоймы», то можно выпасть из нормальной жизни, вплоть до асоциализации. Вон сколько бомжей были нормальными людьми.

У города естественная убыль населения, детей рождается меньше 1.8 человек на женщину. Как может расти экономика, если идет депопуляция? Депрессия начинается с семей, которые не рожают, дети слишком дороги. Сам образ города воспроизводит экономическую депрессию.

Какая главная движущая сила нового технологического уклада? Люди – активные, образованные, приспосабливающиеся к изменениям, развивающиеся. Для роста нужно в десять раз увеличить долю людей, способных добывать новые знания, создавать новые технологии, автоматизировать процессы.

Детей нужно много, чтобы они конкурировали за место, были активны и имели стимул для образования и развития. Где мы этих детей возьмем? Из Таджикистана, или своих научимся делать? Их не будет в нынешнем городе. Как выйти из депрессии, как городу ответить на вызов?

Ответ

Ответ состоит из двух взаимообусловленных частей

а) расселение постепенно до половины городского населения  в округу 60 км в поселения «на землю» в течение 20 лет,

б) для округи – ежедневная доступность города для работы, учебы, отдыха. Новая специализированная система скоростного пассажирского транспорта – «за полчаса — до центра»

На Западе процесс расселения шел давно эволюционно, у нас его придется провести целенаправленно за 20-25 лет.

Как сейчас расселяются

Масса людей мечтает выбраться из города. Дачи и сады всегда были воскресной отдушиной от города. Люди мечтают жить вне города, но жить полгода в снежной пустыне в поселке с 5 жителями и без удобного транспорта – невозможно.

Зрелые обеспеченные люди строят дома в коттеджных поселках вдоль скоростных автотрасс, переезжают туда жить. Часто переезжают жить обратно в город – пробки и школы. Расселение успешно идет до появления пробок на въезде в город

Пенсионеры перебираются жить в сады и деревни рядом с Екб. Квартиры оставляют детям. Живут с трудностями — медицина далеко, магазины далеко, соседей мало

Молодые семьи, без денег, добиваются получения земли для «родовых имений», подсобных хозяйств и т.п. Обычно ничем не заканчивается, иногда получается воскресная дача. Молодые семьи живут в городе.

Народ не успокаивается и не оставляет попыток сбежать из города. Эти попытки могут стать успешны и превратиться в серьезный поток, если у сбегающих сохранится ежедневная быстрая доступность города, включая детей с 8-го класса.

Какая нужна транспортная система?

Новая выделенная, а не расширение сети автодорог. Автодороги в Екатеринбург расширять бесполезно, они сразу «съедятся» личными машинами с одним водителем-пассажиром, см. примеры Москвы, Америки, Европы. Для результата нужна выделенная система скоростного пассажирского пригородного транспорта (СППТ).

СППТ сделает бессмысленной поездку в Екатеринбург на личном авто. Пусть по автотрассам в Екатеринбург ездят грузовики, которые по «Платону» сами оплатят дороги. Зачем ВСЕМ жителям Свердловской области платить за пригородное население, ездящее по автодорогам? Пассажиры СППТ сами оплатят свою транспортную систему, когда заплатят за билет.

Чем больше денег инвестируется в выделенную систему СППТ, тем меньше нужно тратить на автодороги. Разница многократная, потому что в пассажирском транспорте не один а несколько пассажиров. А пути легкого пассажирского транспорта – дешевле скоростных автотрасс под тяжелые фуры.

Какие особенности новой транспортной системы?  Скорость 150 км/час обеспечит главное требование – «за полчаса – в центре!». В этом случае СППТ «съест»  трафик личных автомашин и автодороги расширять не придется.

«Надземность» путей СППТ. Придется поднимать пути на опоры, наземные пути не подходят.  Наземный путь придется огораживать из-за скорости транспорта. Стены и пути наглухо разделят земные пространства, создадут  проблемы пересечения любого транспорта, включая сельскохозяйственный,  «задушат» развитие территорий. Если в город придет 20-30 радиусов огражденных дорог, мы получим округу разделенную на несообщающиеся узкие сектора, как клетки тюрьмы. Поэтому пути должны быть на высоких опорах, не требующие ограждений, проходящие прямо в центр города, не создающие препятствий людям и животным.

Автоматика вместо водителей. Так как надземные пути не пересекаются с дорогами, то «водительская» автоматика на порядок упрощается и водитель должен быть исключен сразу. Это повысит безопасность и надежность, резко сократит затраты на эксплуатацию. Заказ поездки должен быть по аналогии яндекс-такси, с телефона. Телефон может стать устройством идентификации для пропуска на вход в транспорт. Идентификация пассажира повысит безопасность.

Кто построит транспортную систему?

Какую использовать технологию? Неизвестно, что будет взято за основу технологии – скоростной трамвай, «струнный транспорт Юницкого», или еще что-то, но чтобы ни взять, совершенно ясно, что любая технология не готова для задачи такого масштаба. Такой социальной проектной цели не ставили и подобной транспортной системы не создано. Технологию придется создавать и дорабатывать, так чтобы строительство и эксплуатация были эффективны для массовой системы.

Если бы моя профессиональная деятельность была связана с машиностроением, я бы внимательно изучил этот вопрос. Запрос на расселение колоссален, потенциальный спрос на строительство тоже. Карты в руки машиностроителям.

Изучение технологий, проектирование пилотов, строительство пилотных трасс и проверочная экплуатация — это 5 лет. После этого можно начинать промышленное производство машин и механизмов для строительства и эксплуатации. То есть только через 7 лет технология может стать доступной для массового строительства. Каждый упущенный год — для конкурентов. Если процесс вести плотно и безостановочно, то Урал может получить свою защищенную нишу транспортного машиностроения, время еще не упущено.

Новый образ Екатеринбурга

Город примерно на полмиллиона постоянных жителей, еще миллион-два — гости. Город бизнес-центров, технопарков, учебных заведений, выставок, гибких пространств, гостиниц, кафе. Город куда съезжаются, где интенсивно работают и учатся, город который не спит. И город из которого уезжают жить в пригороды молодые семьи, к бабушкам-дедушкам. Это город — тусовка, место общения и интенсивного обмена. Без Сан-Франциско, где тусуются, – нет Кремниевой долины. Без такого Екатеринбурга — не будет экономики производства знаний и технологий. Не надо делать Иннополис около Казани, надо превратить весь Екатеринбург в Иннополис.

В поселках все спокойно и все вовремя спят. Мамы выращивают детей, работают местно и дистанционно. Детей автобусы возят в школы. После 7-го класса дети три раза в неделю сами ездят в Екатеринбург в кружки и секции. Папы ездят в город на работу. Бабушки и дедушки живут рядом и участвуют в воспитании, поддерживают молодые семьи. В поселках соседи обмениваются услугами обучения, присмотра, продуктами питания. Возникает постоянное место для многопоколенческих семей, место куда дети, уехавшие на учебу и работу, захотят вернуться.

Такой город может стать ответом на новый технологическоий уклад. 6 месяцев зимы заставляет людей искать общения и социализации, сбиваться в тесные города, но жизнь в уродливом городе приводит к низкой рождаемости, а общество –  к депрессии.  Новый образ широкого города со скоростной транспортной системой может удовлетворить потребность  социальности, поднять рождаемость и дать качественное образование для нового уклада жизни.

Давыдов Александр, председатель СД  Наумен

comments powered by HyperComments

Перейти к рубрике ЭКОНОМИКА


Уважаемые посетители сайта! Настоятельно просим не употреблять брань в комментариях.
Комментарии модерируются. Пишите корректно.
А если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях