Язык дипломатии: «Томагавки» против русского «Калибра»



Главы МИД США и России назвали отношения между державами худшими за все время.

При администрации Дональда Трампа уровень доверия между Вашингтоном и Москвой не только не стал лучше, но, скорее всего, деградировал. Об этом сообщил президент РФ Владимир Путин в интервью телеканалу «Мир».

«Можно сказать, что уровень доверия на рабочем уровне, особенно на военном уровне, не стал лучше, а скорее всего, деградировал», — цитирует главу государства пресс-служба Кремля.

Столь серьёзное заявление было сделано буквально накануне начала переговоров между главами МИД России и США. Их позже высоко оценил Дональд Трамп, заявив, что визит Рекса Тиллерсона, прошел лучше, чем ожидалось.

Кроме того, глава Соединённых Штатов выразил надежду на то, что Москва и Вашингтон все же смогут наладить отношения, которые сейчас находятся на самом низком уровне за все время этих отношений. То есть, практически Трамп повторил мысль Путина насчет деградировавшего доверия.

— Было бы замечательно, если бы НАТО и США могли бы поладить с Россией. Сейчас мы с ней не ладим совсем. Наши отношения находятся, возможно, на самом низком уровне за всё время. Россия — сильная страна. США — очень-очень сильная страна. Посмотрим, как мы сможем договориться, — сказал Трамп в Белом доме.

Мысль о том, что отношения России и США сейчас худшие за все время, произнес во время встречи и Рекс Тиллерсон. При этом он подчеркнул, что Москва и Вашингтон должны сделать все, чтобы приостановить деградацию отношений и восстановить доверие.

По словам Тиллерсона, «две крупные ядерные державы не могут находиться в таком состоянии дел».

Пока же никаких официальных итогов переговоров между Сергеем Лавровым и Рексом Тиллерсоном не прозвучало. При всех добрых намерениях, Вашингтон пытается начать говорить с Москвой ультимативным языком, о чём свидетельствует заявление того же Тиллерсона о том, что России надо выбирать между Асадом и США. Какую позицию стоит занять нашей стране в этом случае?

— Я полагаю, что заявление Владимира Путина — серьёзный индикатор, — говорит ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО Михаил Александров. — Об этом говорит и то, что Тиллерсон ничего конкретного не привёз в Москву.

Президент России обладает самой разносторонней информацией о том, как намерены в дальнейшем вести себя американцы, в том числе из разведывательных источников. Видимо, уже складывается ощущение, что переломить ситуацию в отношениях с США в лучшую сторону не удастся, несмотря на все заверения их наладить.

Отношения с администрацией Дональда Трампа стали хуже ещё и потому, что её представители сначала говорили одно, а стали делать прямо противоположные вещи. Обама наращивал давление на Россию, но делал это относительно предсказуемо, без резких кульбитов. Новая администрация, похоже, склонна к откровенному блефу. Американцы сейчас ставят ситуацию на грань военного столкновения. Причём новые хозяева Белого дома пытаются и себя, и своих сограждан убедить, что «русские не ответят». Это выглядит трагикомично. Такое ощущение, что в истеблишменте США постепенно начинает превалировать иррациональное мышление. Например, 11 апреля министр обороны США Джеймс Мэттис выступал достаточно обстоятельно, разложил по полочкам ситуацию в Сирии после ракетного обстрела американцев. Но на вопрос журналиста, что будет, если удары США приведут к ответу русских, он, замявшись, сказал: «Они не будут отвечать, потому что это не соответствует их интересам». Что же получается: удары по Сирии задевают наши войска, могут задеть и собственно российских военнослужащих, а мы будем делать вид, что отвечать — не в наших интересах? Так что ли американцы считают?!

«СП»: — У нас был уже пример, когда турки сбили наш самолёт, но мы не ответили напрямую военными средствами. В Сирии можно ожидать, что на удар армии США мы ответим именно военным ударом?

— В Турции удар был неожиданным, и он был один. Второй раз мы ответили бы туркам именно военными средствами. Помните слова Владимира Путина: «Они что думали, мы испугаемся и убежим?». США же продолжают заявлять, что не исключены новые удары. Значит, мы должны быть готовы, что эти удары могут быть направлены непосредственно против российских военных объектов. Готовы, в том числе, и на адекватный ответ. И мы должны чётко дать понять, что мы ответим. Пока же в очередной раз от наших политиков исходит довольно невнятная риторика. Наша уклончивость провоцирует агрессора, это уже не раз было замечено в последние годы.

«СП»: — Вы согласны с тем, что Россия с помощью радиоэлектронных средств снизила эффективность удара «Томагавками» американцев по сирийскому аэродрому?

— Сложно сказать. Я изучал этот вопрос. Конечно, мы могли несколько отклонить часть ракет от заданного курса. Но серьёзно отклонить их, если не разрушить электронику внутри самих боеголовок, сложно. А вот есть ли у нас возможность разрушать боеголовки средствами радиоэлектронной борьбы — секретная информация.

«СП»: — Нередко можно услышать, что нам нет смысла дальше оставаться в Сирии

— Уход из Сирии будет воспринят во всём мире как серьёзное поражение России. С нашим уходом Башар Асад будет отстранён от власти и, скорей всего, физически уничтожен. Это будет означать, что новое фиктивное прозападное руководство Сирии тут же потребует, чтобы мы покинули военные базы в этой стране. Путин, хотя об этом мало говорят, не раз отступал или принимал половинчатые решения. Мы «сдали» Аджарию, не сменили режим Саакашвили в 2008 году после его агрессии против Южной Осетии. Не довели ситуацию до логического конца в Донбассе. Но в данном случае, всё серьёзнее, чем раньше. Потому что если наши пораженцы во власти убедят президента «не обострять ситуацию, временно отступить», то следующий бой мы будем принимать уже на своей территории или в непосредственной близости от наших границ в Закавказье, на Украине или в Средней Азии. Наше отступление сейчас будет примерно равнозначно тому, как Горбачёв дал согласие на объединение Германии. Вскоре после этого перестал существовать не только Варшавский договор, но и Советский Союз. А сейчас речь пойдёт о существовании уже России. Мы должны понимать это, и если американцы будут вынуждать нас к бою, мы должны его принять. Лучше воевать с американцами в Сирии, чем в Ростовской области. Надо понимать, что США взяли курс на удержание мировой гегемонии. Для этого им надо нас раздавить. Мы единственный центр силы, который способен противостоять им в военном отношении. Тот же Китай сейчас без нашего военного прикрытия ничего сделать не сможет, американцы его сомнут. А что касается ситуации в Сирии, то наши позиции там не так плохи. У нас в союзниках Иран с его миллионной армией. Американцы должны ещё сто раз подумать, стоит ли им ввязываться в открытую войну с нами. У нас адекватные военно-технические возможности с армией США. Просто разбомбить иранскую армию, как они привыкли это делать в других войнах, у них не получится. А вот кто кого победит в наземной операции — большой вопрос.

— Я сразу после избрания Трампа президентом говорил, что Россия в лучшем случае будет иметь передышку полгода-год, — рассуждает декан факультета «Социология и политология» Финансового университета при правительстве РФ Александр Шатилов. — Поскольку Трамп изначально был ориентирован на защиту американских интересов. В том числе на усиление армии в интересах американского ВПК. При этом американские национальные интересы традиционно пересекаются с российскими. США, как минимум последние сто лет, во внешней политике действовали по принципу: цель оправдывает средства. И наивно было предполагать, что Трамп изменит эту традицию и станет реальным миротворцем.

Для российской элиты самое неприятное, что Трамп демонстрирует «ультимативный» стиль. Тот же Барак Обама, которого у нас так много критиковали, всё же вёл себя куда более сдержанно, хотя, в общем-то, гнул аналогичную политику. Поэтому российскому руководству придётся перестраиваться, иначе Россия потерпит масштабное геополитическое поражение, после которого может уже не оправиться.

«СП»: — Для чего, на ваш взгляд, Трампу было давать «позитивные» сигналы России, о том, например, что он «сможет договориться с Путиным»?

— С одной стороны, это была некая «дымовая завеса» для того, чтобы не выдавать до поры до времени истинных планов. Кроме того, это был удачный политтехнологический ход против конкурента — Хиллари Клинтон. Ну и, конечно, были в команде Трампа люди, которые полагали, что лучше склонять Россию к альянсу против Китая, чем идти на конфронтацию с ней. Однако, по всей видимости, агрессивное антироссийское лобби в истеблишменте США выкрутило Трампу руки и под угрозой импичмента заставило действовать строго в рамках прежней политики. И вот, как результат, у нового президента растут рейтинги, он уже почти любимей американского политического бомонда.

«СП»: — Существует ли угроза прямого военного столкновения России и США на Ближнем Востоке?

— Ситуация сейчас такова: кто первый отвернёт, тот проиграет. Американцы не готовы на прямой военный конфликт с нами. В их военной доктрине написано, что надо избегать столкновений с ядерными державами, которые могут нанести удар по территории самих США.

Американцы применяют сейчас свой излюбленный приём «игры на нервах» противника, в надежде, что российское руководство, испугавшись последствий войны, поспешит уйти из Сирии. Мы в свою очередь должны действовать ассиметрично. Если США наносит удар по суверенной Сирии, что нам мешает помочь, или хотя бы не сдерживать армии республик Донбасса в их наступлении на ВСУ.

http://svpressa.ru/war21/article/170350/

comments powered by HyperComments

Перейти к рубрике ПОЛИТИКА


Уважаемые посетители сайта! Настоятельно просим не употреблять брань в комментариях.
Комментарии модерируются. Пишите корректно.
А если вам понравился материал, пожалуйста поделитесь им в социальных сетях